Трон императора

Но сейчас сокт молчал. Только разглядывал Саконнина своими яркими синими глазами. Можно было поклясться, что он улыбается там, под этим золотым намордником, который взял обыкновение носить последние несколько дней.

«Но – какое мне дело! – остерег себя Старший Советник, следивший за мыслями не менее тщательно, чем за речью.– Да и чего ждать от островитянина?»

Он еще раз посмотрел на сокта, стоящего (какая наглость!) на две ступени выше, чем государь. Может, Кен-Гизар прав? Но Фаргал и прежде вел себя своеобразно, а вождь соктов (бесцеремонность у них в крови!) и прежде плевал на этикет.

– Мне дозволено уйти, государь?

– Да, конечно! Пошлю за тобой, как только возникнет нужда.

«Ненадолго хватило его деликатности!» – мысленно отметил Карашшер.

Советник вышел.

Церемониймейстер вопросительно посмотрел на него, но Саконнин покачал головой, и тот приказал стражнику закрыть ореховые двери Зала Приемов.

Кэр и Карашшер остались одни.

– Ты знаешь, где библиотека? – спросил сын вождя.

7

Саконнин велел привести мага в Зал Царей.

Он полагал, что запечатленный в камне и металле облик тех, кто тысячелетия правил Карнагрией, настроит кандидата на подходящий лад. Эти колдуны склонны слишком много воображать о себе. А кое-кто из них, что особенно прискорбно, обладает чересчур большой властью. Власть же в Карнагрии принадлежит царю. И тем, кто рядом с царем.

Сам Фаргал тоже не жаловал магов. А со своими мирился как с необходимостью. Как человек, не любящий собак, заводит мелкую беспокойную шавку со звонким голосом.

Чтобы давала знать, если волк или вор подберется к дому. Но кто же берет в сторожа тигра?

Поначалу маг не понравился Саконнину. Слишком гордый вид, слишком вызывающе глядит из-под капюшона, который не потрудился сбросить с головы в присутствии Советника Трона.

– Как тебя зовут? – холодно спросил Саконнин.

– Хлисс, мой господин!

Голос неприятный-то какой!

– Что можешь сказать о себе, Хлисс?

– Я учился у чародея Бин-Лесена из Вертална,– отвечал кандидат.

– Овладел искусством зажигания огня, лечения горячки, распознавания и растворения чар…

– А наводить чары ты можешь? – перебил Саконнин.

– Могу. Но…– кандидат замялся,– но не слишком преуспел в сем искусстве. Обратное я умею лучше.

– Ты говорил о возжигании огня?

Маг вытянул руку ладонью вверх. Саконнин заметил: на безымянном пальце – кольцо. С гранатом, кажется. Небогатое колечко.

Светящийся туман поднялся над ладонью, сгустился, образовав желтый шарик.