Трон императора

Насколько известно Саконнину, вождь Люг ровным счетом ничего не делает – только жрет и пьет за двоих. Похоже, и он, и Император так изголодались в подземельях Злого замка, что до сих пор не могут наесться.

Жаль, что царские маги сгинули, посетовал посланник. Не полагает ли благородный Саконнин, что следует поторопиться с поиском новых?

Полагает. И, более того, разослал глашатаев. Но в Карнагрии магов не так уж много. Карнагрия – не Острова! Да, согласился посланник, не Острова. На Священных островах магов нет совсем.

Советник удивился. Он первый раз слышал, что у соктов нет своих магов.

– Если нет под рукой настоящих магов, может, имеет смысл обратиться к жрецам Ашшура? – предложил Кен-Гизар.

– Жрецам Ашшура? – еще больше удивился Советник Трона. И, с оттенком иронии, сообщил сокту: жрецы Ашшура не занимаются такими пустяками, как чары. А вот если бы отыскать жрецов Яго…

Как? Разве благородный Саконнин не знает, что он, Кен-Гизар, и есть жрец Яго?

Воистину в этот день и сокт, и Советник узнали друг о друге много нового.

И что же может сказать о Фаргале жрец Яго Кен-Гизар? – поинтересовался Саконнин.

Увы, всe, что жрец Яго может сказать: Фаргал – не оборотень. То, что они видят,– это собственный облик Фаргала. Разумеется, будь под личиной Фаргала оборотень, это многое бы объяснило…

Разумеется. Советник тоже думал об этом (сокт поднял бровь), но раз Фаргал не оборотень… Больше ничего посланник не желает сказать Советнику? Как жрец Яго?

Нет. Но хотел бы знать, не происходило ли в окружении Старшего Советника каких-либо перемен: в людях, в поступках.

Была одна, подумав, сообщил Саконнин. Может, и вздор, но просьба действительно странная. И имеет касательство к личности государя.

– Даже так? – заинтересовался посланник соктов.

Очень слабое касательство, заверил Саконнин. А дело в следующем. Вардали Шера, жена Советника Гагарана Шера, коего посланник, несомненно, знает, обратилась к жене Старшего Советника с деликатной просьбой прислать к ее дочери царского лекаря.

Просьба и впрямь деликатная, согласился Кен-Гизар. А какова необходимость, вызвавшая такую просьбу?

Советнику Саконнину удалось это узнать. Верней, не самому Советнику, а его жене. Дочь благородного Шера повредилась в уме. Ей привиделся в царе Карнагрии какой-то мальчишка-гладиатор.

Как прискорбно, отметил Кен-Гизар. И оживился, как охотничий пес, взявший след. Прискорбно и вместе с тем – любопытно.