Тройной переполох

Зато прекрасно чуял, кто, как и сколько недавно контактировал, что его раздражало из-за врожденной природной аллергии.

- А когда браслеты наденете?  - уже более мирно спросил единорог. – Приглашение я принимаю, ради Иви, конечно. Ради вас я бы и копытом не двинул, развратники.

У кого-то оказалась очень короткая память, то, что его спасали, благородный зануда воспринимал как нечто само собой разумеющееся.

- Я тогда сейчас сразу к Томасам пойду, но не с вами, меня есть кому проводить. А вы погуляйте немного, развейтесь, а то дышать рядом с вами никакой возможности.

И, да, для чего я сюда заскочил. Лесли, курьер от «Фишер и компания» к Буйтурам подъехал, тебя искал по месту контракта. Если поспешишь, застанешь его еще.

- А почему сам от Буйтуров ушел, как же свадьба? Ты в порядке? – наконец превозмогла смущение и спросила Иви.

- Они сами отказались. Не волнуйся, дорогая. Это часто бывает. Между нами, основная прибыль как раз из отказов идет и отступных, - единорог улыбнулся, показал белые, широкие и весьма солидные, несмотря на травоядность, зубы.

- Уважаемые стражи порядка, - Валик развернулся к тихо сидящим в машине полицейским, - захватим вот эту тележку, чтобы мои друзья потом домой налегке пошли. И по дороге, как и обещал, заглянем на минутку к вам домой.

Единорог постучал копытцем, вытянул из газона рядом с дорогой какую-то пожухлую травку, тут же меланхолично, с громким звуком ее выплюнул.

- Мальчики хотят женами похвастаться. Чтобы я взглянул на них мельком. Посмотрел немного прошлого, а, может быть, и настоящего.

Не всегда понимаю, зачем мужчинам эта головная боль, но уже не мое дело, как эти милые люди потом будут спать по ночам. После этого к Томасам доставят, меня старшая хозяюшка погостить звала, здоровья ей, замечательной однолюбке, кх-кх. Так до свадебки и отдохну в столице.

Иви бросилась ему на шею и крепко обняла.

- Спасибо, Валентайн, ты настоящий друг. Это так здорово, что ты будешь с нами.

- Валик, зови меня Валик. Чего уж там, - сказал, растроганно хлопая тут же покрасневшими глазами, толстенький, белый и совсем одинокий пони.

– Завтра поговорим. Когда ты в лучшей форме будешь, дорогая.

Он аккуратно освободился от объятий девушки, было видно, как волнами задрожала его шерстка. Показал парням язык и чинно затрусил по дороге, пока полицейские наскоро привязывали тележку к мобилю, чтобы не отстать от Валика…

- То есть он еще и жить у наших родителей собрался? – Гровер неверяще качал головой.