Жена чужого мужа. Счастье взаймы

Я прижимаю к себе покрепче Асада и тот возмущенно дергается, приводя меня в чувство."

"– Прости, дела задержали меня на более долгий срок, чем я рассчитывал, – морщится мужчина. – Но, спасибо тебе, что позаботилась о ребенке. Теперь я его заберу.

– Нет! – говорю я, прежде чем успеваю подумать.

– Нет? – недоуменно переспрашивает Тагиров.

– Он только проснулся, надо его покормить, – тараторю я, чувствуя подступающую панику.

Черт, черт, черт! Я не могу с ним расстаться, не могу! Как же я без него? Это жестоко, невыносимо! Я так привыкла к Асаду, я начала думать, что Булат никогда не вернется за ним, но он пришел! А я… Как же я без своего львенка?

По щекам текут слезы, пока я иду на кухню и начинаю нервно готовить детскую смесь.

Словно чувствуя мое состояние, малыш начинает плакать и Булат, пришедший следом за мной, протягивает к нему руки.

– Давай я его возьму.

– Нет! – поворачиваюсь к нему спиной, тряся в руках бутылочку и пряча ребенка от его взгляда.

Я знаю, что мне нужно успокоиться, но не получается.

Все так же нервно направляюсь в спальню и положив Асада на кровать, даю ему поесть, что успокаивает детский плач, хоть и не мой собственный. Слезы отчаяния текут по щекам и то, что Булат их видит не волнует меня так, как волновало бы еще пару месяцев назад. Пусть, мне плевать на его мнение! Впервые действительно плевать, потому что больше всего, даже больше чувства собственного достоинства, меня волнует сейчас только мой малыш. Потому что он мой!

– Вита, – следует за мной и в спальню этот жестокий мужчина.

 – Послушай, я понимаю, что ты, возможно, привязалась к нему, но я должен… Черт! Мне жаль, правда! Я действительно не собирался оставлять его с тобой дольше, чем на несколько дней. Если бы я знал, что все так затянется…

– Тогда почему оставил? – спрашиваю осипшим голосом, пытаясь рассмотреть сквозь слезы его лицо.

– Потому что на тот момент это было единственным безопасным местом для него, – отвечает Булат. – Я не могу рассказать подробнее, но это правда.

– Почему ты не оставил его у матери? – агрессивно спрашиваю я то, что меня давно волновало. – У него ведь есть мать?

– Конечно, есть. Но она на тот момент была нездорова и не могла позаботиться о нем.

– А сейчас может? – Громкий всхлип вырывается из моего горла, перерастая в глухое рыдание. – Отвечай!

– Сейчас, да, – говорит он, наблюдая за мной, как за диким зверем, готовым броситься на него в любую секунду. – Успокойся, ладно? Вдохни поглубже.