Трое из Леса. Вторая трилогия

Трое суток над ним колдовал волхв-лекарь! Трое суток не видел Светланы, только чуял ее едва слышный запах… Да, тцаревну пугает его человечья личина… но он все равно сумеет сесть у ее ног!

Жаба заворчала на волка, отодвинулась в угол. Мрак лизнул ее в морду, жаба прижалась к полу, спина вздулась пупырышками.

У тцаревны в покоях был Додон. Он расположился у окна, перед ним на блюде была горка белых зерен: семечки для него лузгали особо отобранные девки. Светлана сидела у ног, в ее глазах были любовь и сострадание.

На огромного волка он посмотрел с брезгливым безразличием, а Светлана сразу же запустила обе ладони в густую шерсть, прижалась щекой к лобастой голове. Волк замер, перестал дышать от счастья.

Додон взял в горсть семян, но есть не стал, ссыпал обратно:

– Светлана… Будь ты моей дочерью, я бы не любил тебя больше. Но беда наша в том, что от любимых требуем больше, чем от нелюбимых.

Мрак чувствовал, как в его шерсти задрожали пальцы Светланы. Голос ее был полон слез:"

"– Дядя! Не принуждай меня выходить за этого… за это чудовище!

Волк вздрогнул, а Додон сказал невесело:

– Ну, он, конечно, не таков красавец, как Иваш… но для мужчины внешность не главное. Мужчина, ежели на облик чуть лучше обезьяны, – уже красавец!

Она зарыдала:

– Ни за что!

Волк снова вздрогнул, ее нежные пальцы потрепали его по загривку:

– Это не тебе… Ты у нас красавец.

Огромный волк поднялся, тоскливо взвыл. Додон оглянулся на окно, в темном небе из-за черных веток мертво смотрела полная луна.

– Эк его разбирает, – вздохнул он. – Зверь!.. Не могет удержаться. Но ты ж не зверь, Светлана! Ты человек.

– Дядя!

– Милая моя… Разве не видишь, что без твоей жертвы наша Куявия рухнет? Ты ее уже спасла однажды. Спаси еще! Мрак разговаривал с Хозяйкой без страха.