Трое из Леса. Вторая трилогия

По лицу потекло теплое, липкое. Он слышал по тяжелым вскрикам, что два молодых парня уже бросают камни потяжелее, усердные ребята, старательные, хозяйственные…

Хрустели кости, он почти не понимал чьи, сам почти задушенный, задыхающийся, во рту клочья шерсти, весь в слюне, услышал, как тело зверя вздрогнуло, будто потяжелело на миг, тут же в бок уперлось холодное, влажное."

"Из грохота и шума в ушах донесся далекий голос. Потом еще голоса. Руки в последнем усилии сжали вроде бы еще разок, сами бессильно расцепились.

Когда перед глазами прояснилось, он увидел, что все там же, под стеной сарая, рядом туша волка, которого то ли он задавил, то ли ребята камнями помогли, хотя и ему голову расшибли заодно, но их уже увели или позвали, а в этом углу они только с волком вдвоем…

Кое-как приподнялся на дрожащих руках, снова упал, малость перевел дух, вытер ладонями лицо, блестело мокрым, ухватился за стену и поднял себя на ноги.

Стена под его пальцами дрогнула. Он вяло подумал, что какой-то зверь мог забраться вовнутрь, этот же сумел затаиться, а дом достаточно велик, чтобы отыскать в него ход… но чувствовал себя таким слабым, что вяло отмахнулся даже от мысли вернуться в дом – это ж четыре ступеньки на крыльце! – и отыскать этого зверя.

Он перевел дух, поморщился, ребра больно задевают одно за другое, но холодный воздух врывался вовнутрь, там шипело, а обратно выплескивались почти струи пара. Наконец он ощутил, что может говорить и двигаться почти как раньше.

С крыльца с осторожностью спускались воевода и отроки с факелами, за ними настороженно двигались, вздрагивая и пригибаясь при каждом треске угольков под сапогами, слуги княгини. На Олега внимания не обратили, только один бросил сочувствующе:

– Вишь, как гостя скрутило… Враз в угол побежал!

– У кого хошь живот схватит, – возразил другой пугливо.