Трое из Леса. Вторая трилогия

Глаза ее стали угасать, а голос стал печальным:"

"– Да, я понимаю. Трое молодых здоровых мужчин. Как все еще не набросились… Но если вы в дороге, то вам не надо будет стирать, варить, убирать дом, рожать детей?

Мрак бросил ей одежду.

– Не надо. Прости, крылья пока не отдам.

Она быстро набросила платье, почти не скрывавшее ее наготы, сказала без особой надежды:

– Я могу дать слово, что не улечу.

Мрак отмахнулся:

– Да знаем ваше слово.

– Я поклянусь всеми богами!

– Не стоит.

– Даже нашим отцом – Стрибогом! Ни одна вила не нарушит такую клятву.

Мрак усмехнулся:

– Вила нет, а женщина – да. К тому же ваши клятвы обязательны только друг для друга, но не перед людьми.

Она опустила голову:

– Ладно, сдаюсь. Но зачем тогда ты дал мне одеться?

Олег и Таргитай переглянулись, разговор какой-то непонятный, а Мрак сказал мирно:

– Для начала, лапушка, ты выведешь нас из этого проклятого леса, где все так светло и радостно, в лес темный, болотный, гадкий, укажешь нам то болото, в котором живет Великий Упырь.

– А, – сказала она, ее лицо прояснилось, хотя отвращение в глазах осталось, – вам здесь не по себе и вы здесь ничего не можете?

Олег ответил честно:

– Не можем.

– Пойдемте, – сказала она.

Мрак двинулся следом, готовый в любой миг ухватить, если прыгнет в кусты, хотя и знал, что глупо. Ни одна берегиня не оставит свои крылья. Будет годами терпеть мужское внимание, рожать, нянчить детей, готовить и стирать, но как только он привыкнет, как только перестанет запирать ее крылья…

Воздух стал плотнее, оседал на лицах тонкой пленкой.

Под ногами чавкало, сапоги погружались по щиколотку в темно-коричневый мох.

Над головами носились крупные, непомерно толстые стрекозы. Белесые брюшки отвисали, а когда Таргитай цапнул одну на лету, брюхо лопнуло, словно наполненное гноем. Он долго на ходу наклонялся, рвал траву, вытирал пальцы.