Трое

Я знаю, что у Мирона проволочки в делах, которых он бы мог избежать, стоило его отцу щелкнуть пальцами. Угадай, почему этого щелчка до сих пор нет?

Не в силах удерживать ее взгляд, я отвожу глаза. Растерянность, раздражение, беспомощность сплетаются в единый узел, мешая мне во второй раз среагировать должным образом. У Мирона проблемы на работе, о которых знает Алина, но не знаю я. И, кажется, она винит в этом меня. Как и всегда считает, что будь она рядом с ним вместо меня, его жизнь была куда лучше.

— Мирон со всем разберется сам.

Я разворачиваюсь на каблуках так резко, что начинает тянуть лодыжку, и быстро шагаю в полумрак зала, ища среди гостей Мирона. Празднование проходит в караоке-баре, который предложила я — для выступления Сати была необходима хорошая акустика и сцена. Я планировала быть рядом с Мироном, когда она начнет петь, а сейчас это желание усилилось вдвойне — его близость позволит мне отряхнуться от слов Алины. Даже если она и права, и у Мирона действительно конфликт с отцом, я в этом не виновата.

Я нахожу Мирона, стоящим с Данилом и Марьяном, который на днях вернулся из Таиланда специально ко дню рождения после почти двухмесячного отсутствия. Мирон смеется какой-то его шутке и отпивает виски. Он выглядит красивым, уверенным в себе и расслабленным — не возникает ни малейшего сомнения в том, что он находится на своем месте. Ему всегда удается органично вписаться в любую компанию, при этом на сто процентов оставаться собой — этой чертой я всегда восхищалась, а сейчас пожалуй, впервые немного завидую.

— Выпьешь с нами, малыш? — Мирон обнимает меня за плечи и слегка раскачивает в такт звучащей музыке. У него действительно хорошее настроение, отчего споры вины, посеянные Алиной, приостанавливают свой рост. Возможно, она намеренно преувеличила его проблемы в бизнесе.

Я забираю бокал у официанта и озабоченно смотрю в телефон.

— Марик рассказывает про свой так называемый ретрит, — с улыбкой произносит Мирон, включая меня в разговор. — Хорошо, что ты пропустила ту часть, где он нюхал кокаин с тайскими шлюхами.

— Это было всего один раз, бро. Ты портишь историю моего просветления. Вкратце: я научился медитировать и месяц не жрал мяса. Каждое утро смотрелся в зеркало и думал, что увижу нимб над головой.