Трое

Я чувствую их двоих, то, как они двигаются во мне. Тесно до головокружения, остро, скандально. Я слепну, лишаюсь цивилизованности, происходящее меня разносит. Я не знаю, от чьего члена внутри так дрожит и тянет, перестаю понимать, чьи руки сжимают мои соски, чьи пальцы вонзаются мне в бедра, чьи губы я ощущаю на своей шее. Я растворяюсь между двух тел, стонов, сплетающихся запахов, теряю себя. Опускаюсь вниз ловя искры в животе, следом получаю другую, нового оттенка, болезненную и яркую. Между грудей катится пот, глаза открыты, но я по-прежнему ничего не вижу, от собственных криков в ушах хрустит.

Толчки ускоряются как снизу, так и сзади, я чувствую укус над лопаткой — так делает Мирон, когда теряет контроль. Мне слишком, слишком всего много. Из глаз текут слезы, на языке играет металлический привкус соли. Становится страшно, что удвоенный оргазм меня смоет. Что я сломаюсь и свихнусь.

Это происходит бесконечностью позже: мое тело, не выдержав натиска, смывает ударной волной.

Я падаю вниз на лицо Руслана, всхлипываю и кричу, пока его ладони продолжают подбрасывать мои ягодицы, а язык чертит влажный узор на моем виске. Собственный оргазм мешает мне понять, что он тоже кончает. Подсказка приходит позже, когда его движения замедляются вместе с пульсацией, а внутри становится свободнее. Развязка Мирона приходит последней: его сперма обжигает меня изнутри и снаружи, я чувствую как она стекает по моим ягодицами, чувствую его пальцы, которые собирают ее и втирают в анус, слышу, как он тяжело дышит, хрипло матерясь и повторяя мое имя.

Глава 24

Как и после той первой ночи втроем, проснувшись, я еще долго не решаюсь пошевелиться и разглядываю стену. Мирон спит рядом, я чувствую на себе его руки, на шее — мерное дыхание. Кадры вчерашней ночи сменяются перед глазами словно в проекторе, шокируя, будоража, завораживая, сбивая дыхание. Паника, стертая адреналином и возбуждением, вернулась в лучами солнца, а вместе с ней и поток противоречивых мыслей.

Сознание, едва обретшее твердую почву, вновь дрожит и путается. Вчера я получила не просто новый сексуальный опыт — моя интимная жизнь, помимо Мирона, вместила еще одного партнера, тогда как в личной жизни все осталось по-прежнему. Так как все будет теперь? Между нами тремя?

Понравилось ли мне то, что случилось? Вряд ли «понравилось» — правильное слово. Это было сумасшествие за гранью всего того, что я знала раньше.