Триумфальная арка

— Так понравилось?

— Да нет. Просто никогда в жизни ничего крепче не пила."

"— Где это было?

— В маленьком бистро недалеко от Триумфальной арки. Надо было спуститься по нескольким ступенькам. Там сидели шоферы и две-три девушки. У кельнера на руке была татуировка — женщина.

— А, вспоминаю. Наверно, кальвадос. Нормандская яблочная водка. Вы не спрашивали его здесь?

— Как будто нет.

Равик подозвал кельнера.

— Есть у вас кальвадос?

— Нет. К сожалению, нет. Никто не спрашивает.

— Слишком элегантная публика.

— Почему невозможно?

— Разве вы можете уйти?

— Да, я уже свободна.

— Отлично. Тогда пойдем?

— Пойдем.

Равик без труда нашел кабачок. Почти все столики были свободны. Кельнер с татуировкой на руке мельком взглянул на них, затем вышел из-за стойки, шаркающей походкой подошел к столику и вытер его.

— Прогресс, — сказал Равик. — В тот раз он этого не сделал.

— Не тот столик, — сказала Жоан. — Сядем вон туда.

Равик улыбнулся.

— Вы суеверны?

— Когда как.

— Правильно, — сказал кельнер. Он поиграл мускулами, и танцовщица на его руке задвигалась. — Вы и в тот раз сидели здесь.

— Вы еще помните?

— Помню. А как же!

— Вам бы генералом быть, — сказал Равик. — С такой-то памятью.

— Я никогда ничего не забываю.

— В таком случае удивительно, как вы еще живете на свете. А вы помните, что мы в тот раз пили?

— Кальвадос, — не задумываясь, ответил кельнер.

— Хорошо. Мы и сейчас будем его пить. — Равик обернулся к Жоан. — Как просто разрешаются иные проблемы! А теперь посмотрим, сохранил ли он свой вкус.

Кельнер принес рюмки.

— Два двойных кальвадоса. Тогда вы заказывали двойные.

— Мне все больше становится не по себе, уважаемый. Может, вы еще скажете, как мы были одеты?

— На даме был плащ и берет.

— Жаль, что вы прозябаете здесь. Вам бы работать в варьете.

— Я и работал, — удивленно ответил кельнер. — В цирке. Я же вам говорил.

— Да, к стыду своему, забыл.

— Мсье легко забывает, — сказала Жоан Маду кельнеру. — Он мастер забывать. Так же, как вы мастер не забывать.

Равик взглянул на нее и улыбнулся.

— Ну, может быть, это и не совсем так, — сказал он. — А теперь попробуем кальвадос… Салют!

— Салют!

Кельнер не уходил.

— Что позабудешь, того потом не хватает всю жизнь, мсье, — заявил он. По-видимому, для него тема была далеко не исчерпана.

— Правильно.