Три любовных романа

"

"— Поехали? — спросил он спокойно, и только еле уловимая дрожь в голосе выдавала внутреннее волнение.

— Нет.

Она схватила его за руку, от этого прикосновения ее захлестнула волна знакомого чувства, и она чуть не разрыдалась. Он удивленно взглянул на нее, и она увидела, как на его глаза набежало облако, а затем их заволокла тьма, которую можно было принять за страдание.

Она знала, что выглядит ужасно: волосы растрепаны, заплаканное лицо пылает, — совсем не похожа на другую, прежнюю Клео, выдержанную и спокойную.

— Я хочу поговорить с тобой.

Он высвободил руку из ее цепких пальцев, и ее охватило смятение, потому что этот жест не предвещал ничего хорошего. Но ей было все равно: она решилась, она наконец поняла, как замыкалась на себе, как ошибалась, боясь признаться ему в своем чувстве, как была недогадлива, чтобы спросить себя о его чувствах, его стремлениях.

— В наших поступках есть какая‑то нелогичность, — рассудительно сказала она. Необходимо было сохранить спокойствие, иначе ей никогда не понять, не постигнуть его до конца.

Не обращая внимания на грозно сомкнутые брови — Джуд быстро терял самообладание, — она продолжала:

— Ты сказал, что акции «Фондов Слейдов» интересовали тебя лишь с точки зрения моей пользы. Нам обоим известно, что твоя женитьба продиктована желанием иметь детей. И все же, — Клео набрала побольше воздуха, подыскивая нужные слова, — зная, что я никогда не изменяла тебе с Фентоном, зная, что через семь месяцев появится на свет наш ребенок, ты настаиваешь на разводе.

— Замолчи! — хрипло простонал он, и Клео ощутила горечь в его голосе. — Зачем ты поворачиваешь нож в ране? — Рослый и широкоплечий, с искаженным мукой лицом, он внушал невольный ужас, и Клео инстинктивно попятилась. Ей хотелось как‑нибудь помочь ему, но она не знала, что нужно делать, ибо причина его страданий оставалась ей неизвестна. — Ты уже отняла покой, тебе и жизнь моя нужна? Я женился на тебе потому, что люблю тебя, люблю с той минуты, как впервые увидел! — Он вырвал из себя признание с кровью, с болью, и сердце Клео замерло, а потом бешено застучало, и ей захотелось подойти к нему, обнять, осыпать ласками, но она знала, что ее прикосновение вызовет бурю страданий и гнева, клокотавших в нем.