Три любовных романа

Но бежать было некуда: Джуд загораживал единственный выход из зарослей, в которых она запуталась.

— Это ты хочешь развода, — возразила она. — Ну что ж, давай разведемся. У тебя есть все, чего ты хотел, — и наследник, и акции…

— Опять ты о своих жалких акциях! — У него был озадаченный вид, словно она сообщила ему, что у него выросла вторая голова. — К черту акции! Я уже начал обратный перевод их на твое имя. У меня и так дел по горло, чтобы еще сражаться с этими выжившими из ума стариками из так называемого Правления, с Люком — упаси меня Господи от Люка! Это твое дитя, твоя забота, у меня в мыслях никогда не было иного.

Я всегда хотел только одного: помочь тебе разобрать запутанные дела «Фондов Слейдов». Мне казалось, я смогу быть тебе полезен.

Она смотрела в его склоненное к ней лицо непонимающими глазами и вздрогнула, когда он с горечью произнес:

— Но ведь ты никогда не нуждалась во мне, не правда ли? Тебе было нужно только мое имя в брачном свидетельстве! Я тебя не виню, твои цели были глубоко честны.

Я один во всем виноват. — Он самоуничижительно усмехнулся. — Как подозрителен я был в своем желании узнать, зачем тебе понадобились деньги, как слеп, чтобы увидеть правду за тем, что казалось таким очевидным, что Фентон твой любовник, как самоуверен, вынашивая мой жалкий план, пусть даже намерения были благими!

— Какой план? — встрепенулась Клео и осторожно шагнула к нему, но он отвернулся, охваченный неясным для нее чувством, и взглянул на часы.

— Теперь уже не важно.

Поверь, Клео, мне больше нечего тебе сказать; да и что толку сейчас в словах? Пора ехать — если ты все здесь осмотрела.

Джуд побрел прочь по высокой траве, заполонившей лужайку, а Клео смотрела ему вслед и ничего не понимала. Она так устала, так исстрадалась, а теперь окончательно запуталась. Он сказал, что никогда не интересовался акциями; это и многое другое не укладывалось в нее в голове.

Ее ум привык решать самые запутанные финансовые проблемы, но она не смогла даже приблизиться к пониманию человека, который сейчас, не оглядываясь, уходил от нее.

И она знала, что, если сейчас, в эту минуту, позволит ему уйти, он никогда не вернется к ней. В своей душе он поставил крест на их браке как мимолетном эпизоде своей жизни, и ей уже никогда не постичь загадки этого мужчины, некогда бывшего ей мужем, — всегда и на всю жизнь любимого.

— Джуд!

Она побежала за ним, прыгая через траву, и догнала его прежде, чем он успел дойти до машины.