Тревоги любви

— Сегодня привезут еще новый китайский кабинет розового дерева и обеденный стол.

Она по-прежнему не отрывала глаз от тарелки, но от Энтони не ускользнула перемена ее настроения. Она уже не кипела от еле сдерживаемой злости. Ее самодовольное удовлетворение было очевидно. Энтони чуть не рассмеялся: она так бесхитростна, его милая женушка! Ему было совершенно ясно, к чему она клонит: старая уловка, когда мужу приходится раскошелиться, чтобы вывести жену из плохого настроения. А Розлинн явно поняла, что его бумажник не сможет вынести слишком много недовольства.

— Так ты решила немного обновить интерьер? Она слегка пожала плечами, но ответила вполне мирным тоном:

— Ну, ты ведь не позаботишься.

— Почему, дорогая. Я как раз хотел тебе это предложить.

— Отлично, ведь я только начала. Тебе будет приятно узнать, что это обойдется не так дорого, как я подумала сначала, когда впервые осмотрела дом. Мне нужны еще только четыре тысячи фунтов.

— Прекрасно.

Розлинн не верила своим ушам. Она могла ожидать чего угодно, только не такого неподдельного равнодушного ответа.

Может быть, он думает, что она собирается потратить свои собственные деньги? Ладно, бедняга все поймет, когда начнут приходить счета.

Она встала, бросив салфетку на стол, но ей не удалось эффектно уйти. У дверей она обернулась, спохватившись, что нужно предупредить Энтони:

— Вечером у нас будет обедать Френсис. Если ты решишь изменить своей привычке поздно возвращаться и соберешься присоединиться к нам, будь добр, сделай это на трезвую голову, — проговорила Розлинн ледяным тоном.

Ее муж понимающе усмехнулся:

— Вызываешь подкрепление, дорогая?

Глава 32

— Его зовут сэр Энтони Мэлори. Это он — владелец дома.

Джорди направил подзорную трубу на улицу и пристально вгляделся в черты высокого элегантно одетого богача, вышедшего из дверей особняка на Пикадилли. Значит, это тот самый англичанин, который последние несколько дней прочесывал трущобы в поисках Джорди, тот, кто похитил Розлинн? О, Джорди знал, что она здесь, хотя она и не показывала носа на улицу с тех пор, как два его наемника установили наблюдение за домом.

Она должна быть здесь. Сюда посылали ее одежду. Сюда дважды приходила эта Гринфилл. Розлинн, наверное, считает, что надежно спряталась здесь — и не выходит наружу. Но здесь как раз легче наблюдать за ней — из парка рядом. Его деревья — надежное убежище, не нужно, вызывая подозрение, торчать в экипаже посреди улицы.