Третье пророчество

Можно, разумеется, было запросить съемочные материалы Протопоповой официально у руководства канала или, проще простого, позвонить самой Ирине и договориться, чтобы она привезла их к нему. Но на все это ушла бы уйма времени, а терять его совсем не хотелось. Честно сказать, даже засиживаться в останкинском кафе ему сейчас было не очень-то с руки, но здесь уж нужно было соблюсти этикет в отношениях с теледивой.

Как только генерал собрался все-таки попросить Протопопову подняться с ним в редакционную комнату, чтобы отсмотреть материал, к их столику подвалила радостная компания телевизионных коллег во главе с очень популярным некогда ведущим, который сейчас временно трудился на дециметровых каналах.

– Любовь моя! – закричал ведущий и, блеснув знаменитыми на всю страну очками, кинулся обнимать Протопопову. – Какая же ты все-таки у нас сексуальная! Даже в таком закрытом платье!

«Учись разговаривать с женщинами», – сказал сам себе Николай Дмитриевич и вздохнул. Теперь придется еще отсидеть как минимум полчасика в этой компании.

* * *– Так вот, душа моя, – обратился ведущий к Протопоповой, – я тут объясняю молодежи понятие ночного монтажа.

– А-а! – уважительно кивнула Ирина, и ведущий обратился к молодежной аудитории, которая составляла основную часть его свиты. Вернее сказать, что он в большей степени обращался к одной только представительнице молодежи – самой юной и самой симпатичной во всей толпе, которую он привел вместе с собой.

– Вам, кстати, тоже будет интересно, профессор, – заметил ведущий Николаю Дмитриевичу."

"Благодаря Ирине они уже были знакомы. Ирина была негласным проводником генерала в сложной культурной жизни столицы.

– Ночной монтаж сломал много судеб в истории телевидения, – поучительным голосом сообщил ведущий.