Трактир «Разбитые надежды»

Сами выбираться будем. — Он еще раз осмотрелся. — Сейчас только придумаю, как.

— Может, спрыгнешь? — неуверенно предложил чешуйчатый.

— Тогда уж лучше ты слетай, ты ж у нас дракон!

— Я не могу, — печально сознался Марат.

— А я могу. Только ноги переломаю, — огрызнулся бывший страж.

— Эй, вы! — донеслось снизу. — Вы там, пока не созреете, висеть собираетесь?

— Усач, — мрачнея, констатировал Леха.

— А ты нам не указывай! — взорвался обиженный Марат. Его триумф обернулся нелепым фарсом, а тут еще и этот. — Как хотим, так и висим!"

"— Я думал, может, слезть пожелаете… — щеря в глумливой ухмылке рот, протянул детина.

Он нарочито медленно развернулся.

Лешага глянул верхним зрением. Весь отряд Усача был тут же. Они держались в сторонке, порывисто выдыхая, как после стремительного бега.

«Специально приперлись», — он сделал попытку схватиться за одну из реек, но та с пугающей легкостью прогнулась под ним.

— Э-эй, Усач!

— Да я уж сколько лет Усач, — через плечо бросил предводитель стражей с Южных Перекатов.

— Помоги слезть, — нехотя попросил Леха.

— У меня от пальбы что-то туго с ушами. Неужто сам Лешага, как там его, светлый рыцарь, указующий перст, предводитель вольной Стаи и прочая дребедень, подмоги запросил?

— Зато, — вновь не вытерпел юнец, — ты б видел, как мы прорв с людожогами схлестнули! А это что, это пустяк. В другой раз лучше получится!

— Не мешайся! — оборвал его ученик Старого Бирюка.

— Ишь ты, в другой раз. До другого раза дожить надо, — извечный Лехин соперник расстегнул куртку, демонстрируя юнцу спрятанную под мышкой кобуру с короткостволом.

— Ты не посмеешь! — заорал драконид.

Но детина его не слушал. Он насмешливо смотрел на своего давнего противника, точно надеясь увидеть на его лице испуг.

— Ладно уж, — так и не дождавшись, махнул рукой Усач. — Щас я на это дерево заберусь, вон на ту ветку, что ниже вас, а вон на ту, над вами, закину кошку. — Он начал разматывать длинную веревку, обмотанную вокруг живота.

— Не шутишь? — обескураженно спросил чешуйчатый.

— Шучу, конечно. — Усач вздохнул и начал карабкаться на дерево. — Вы головы куда-нибудь приберите, шоб железякой не зацепило.

— Куда убрать? — не понял Марат.

— Да хоть в карман спрячьте. Мне что за дело?

С ловкостью белки он взобрался на толстую ветку, что-то сдернул с конца опояски, и оттуда, будто сами собой, выскочили железные крючья.