Травница для орка (СИ)

Иногда — почти молитвенно. И снова жадно. Голодно. До тех пор, пока не обессилили, влажные, тёплые.

Лишь под утро я уснула на его груди, ощущая, как медленно замирает сердце — не своё, его. Рядом.

Я проснулась от света.

Он был мягким, бледно-золотым, пробивающимся сквозь полог шатра — и всё же резким. Слишком ярким после темноты, жара, слияния… этот свет был слишком настоящим. Слишком ясным.

Я лежала, поджав ноги, прижавшись к его боку. Его кожа была тёплой, грубой, и всё во мне отзывалось на её тепло. Но в животе — уже не пульс страсти.

Мои бёдра немного липли друг к другу, а тело ломало. Но не от боли — от того, как много было движения, прикосновений, жара.

Я приподнялась на локте. Посмотрела на Ветер.

Он спал.

Спокойный. Расслабленный. Красивый. В его чертах не было ни ярости, ни сдерживания — только мужчина, уставший и… довольный? Я не знала. Не знала, что он подумает, когда проснётся. Что подумаю я сама, когда он откроет глаза.

Моя туника валялась где-то у изножья. Я подтянула её к себе, надела — и вздрогнула от прохлады.

Лили.

Эльфийка.

Принцесса.

Враг.

Женщина, что нашла его стрелу.

Я сидела на краю шкур, глядя, как золотой свет крадётся по его груди. Туда, где я его целовала. Как будто в самую душу. Туда, где он держал меня, входил в меня, звал по имени…

Одна слеза скатилась по моей щеке.

Это была просто ночь. Просто Гр’Кара’Та. Просто традиция, которую он не мог нарушить.

И что, что я уже не могу быть прежней?

Я сжала край шкур, пытаясь удержать себя от дрожи.

Я отдалась ему. Как женщина. Как просто «Лили».

За тонкой тканью туники ощущалась чувствительность, остатки жара, память о его пальцах, губах, теле. И в этом было что-то невыносимо нежное… и одновременно горькое.

Я встала. Осторожно, чтобы не разбудить.

Пошла к низкому столу, нашла бурдюк с водой. Сделала глоток. Второй. Прохлада воды будто вернула меня к себе.

Или это был самообман.

Я прошлась по шатру, на цыпочках, будто кралась от самой себя. Пальцы скользнули по висевшему на стойке поясу Ветра. Шершавая кожа. Металлические заклёпки. Его запах. Его сила. Его путь.

— Ты уходишь?

Я вздрогнула.

Он проснулся. Голос был хриплым. Слишком знакомым. Даже родным…

Я не обернулась сразу.

— Нет. Я… просто хотела воды, — прошептала я. — И… воздуха.

Он молчал. И это молчание было тяжелее слов.