Травница, или Как выжить среди магов

Вот и эти девушки никогда и ни за что не променяли бы работу здесь на что-то другое. Думаю, и платили им неплохо. Кстати, и Пенелопа об этом упоминала. А потом, отработав положенный срок, можно было подумать о повышении или даже о собственном деле.

Но вернемся к событиям того дня. Переодевалась я за ширмой. Мне помогала Пенелопа, которая больше не упоминала о СОРМИЛе и встрече с ее руководителем.

Платья я примеривала разные не только по цветам, но и по крою, по фасону, ткани, из которой их сшили, и по отделке.

В памяти отложилось лишь несколько, и первое из них — небесно-голубое. Оно мне жало в груди, а подол юбки был слишком длинным. Я едва не упала, когда поднималась на постамент, хотя и старалась подхватить юбку. Одна из магичек тут же материализовалась рядом и не только помогла мне удержаться, но и чуть-чуть поколдовала. Не знаю, что она сделала, но подол укоротился, да и в груди как будто стало просторнее. Я даже смогла нормально вдохнуть.

— Цвет прекрасен, но фасон совершенно не тот, — вынесла вердикт леди Жюли.

— Полностью согласна, — закивала свекровь.

— Следующее, душечка.

Второе платье было цвета крем-брюле. И на два размера больше.

И тут снова пришла на помощь бытовая магия. Девушки сзади закрепили платье так, что оно село как влитое.

— Фасон очарователен. Подчеркивает линию плеч, талию, открывает ключицы. Но цвет ужасен! Нет и еще раз нет!

— Ты потерялось в нем, Шанталь, — согласилась Флоренс.

— Все из-за загара, — добавила главная портниха.

— Да. Но мы лучше выберем правильный цвет, чем лишимся такого достоинства.

Третьим шло розовое платье с совершенно чудовищной юбкой, которое не понравилось никому из нас.

А вот светло-желтое с мелкими ромашками, вышитыми по лифу, краю подола и коротких рукавов-фонариков, пришлось всем по душе. Да и село прекрасно. Не требовалось ничего подрезать, ушивать или менять. К нему сразу же подобрали подходящего цвета туфельки с небольшими бляшками, кружевные перчатки и шляпку в тон.

Посмотрев в зеркало, которое располагалось за ширмой, я себя не узнала. Это не могла быть я. Девушка в отражении выглядела настоящей леди: эффектная, статная и довольно красивая.

Теперь я понимала, почему Дейзи никогда не могла стать такой же. Сестра слишком любила блеск и требовала его везде и всюду. Но она ошибалась. Настоящая красота заключалась в сдержанности.

— Очаровательно! — восхитилась свекровь и захлопала в ладоши.