Только ты одна

Федор принес ей свою футболку.

– Спасибо. А как ты думаешь, у Макса получится?

– У Макса – и чтобы не получилось? Мне кажется, у него в этом деле есть свой интерес. Видно, Влад в его бизнес как-то влез.

– А он кто, Макс?

– Он в службе безопасности работает.

– ФСБ?!

– Тогда уж ФСО. Нет, в частной. Очень крупная фирма, владелец вообще чуть не миллиардер. Макс там не самый главный, конечно, но в первых рядах. Ладно, отдыхай. А я еще поработаю.

– А он женат?

– Женат, – усмехнулся Федор.

 – И двое детей. Что, его улыбка тебя проняла? Бронебойная, скажи?

– Просто интересно.

Улыбка Макса Алину и в самом деле «проняла», как выразился Федор. Но дело было не только в улыбке и даже не в том недолгом моменте, когда они с Максом смотрели друг другу в глаза. Всем своим существом Алина чувствовала: он ей нужен, этот парень с суровым лицом, внимательным взглядом и звездной улыбкой. Нужен, как воздух. Не для того, чтобы спать с ним, – Алина была уверена, что теперь, после Влада с его садистскими штучками, она вообще не сможет ни с кем спать.

Просто быть рядом с ним, разговаривать, видеть его улыбку. Чувствовать его заботу и защиту, его тепло. Алине было так холодно, словно вся она смерзлась в кусок льда. Заснула она не сразу, несмотря на утомление: никак не согревались ноги, хотя она так и улеглась в Фединых носках с оленями. Она немножко поплакала, сокрушаясь о своей идиотской жизни и нелепых мечтах: особняк в Майами, вилла на Мальдивах, частный самолет! Где они вообще находятся, эти Мальдивы?! Придумала тоже – «The future is gold!» Дура.

Ей так хотелось утешения! Пусть бы кто-то сидел рядом, гладил по голове, обнимал, говорил: «Моя бедная девочка, дурочка моя непутевая, не плачь, все будет хорошо». Но знала: хорошо уже не будет. Никогда. Она съежилась под одеялом, прижала руки к груди, уткнулась в собственную ладонь и словно раздвоилась: одна Алина тихонько скулила, изнывая от страха, стыда и ненависти, а другая мучительно жалела эту маленькую глупую девочку, запутавшуюся в собственной жизни.

Стыд был сильнее страха и жалости: как она могла повестись на примитивный обман Влада? Что было у нее в голове, когда она согласилась жить с ним? Почему не выгнала его после первой пощечины? Да потому что не верила, что все это по-настоящему. Разве с ней, такой красивой и благополучной девочкой, может случиться нечто подобное? Оказалось, может.