Тонкий расчет

"

"– Вот уж нет! Что запоете, если докажу, что убийство девчонки связано с Белым домом? – расплылся в самодовольной улыбке Купер. Фрэнк ухитрился ничем не выказать волнения.

– Продолжай.

– Пять штук?

– Одна.

– Две.

– Заметано. Выкладывай.

– Моя телка служит телефонисткой в «Монро Армз».

– Как ее зовут?

– Джоан Маграт.

Лонерган вынул блокнот.

– И что же?

– Кто-то звонил в Белый дом из номера, где в это время была девушка.

Лесли Стюарт считает, что в убийстве замешан президент.

– Точно?

– Зуб даю.

– Я сам проверю.

И если это правда, получишь деньги. Ты никому не говорил об этом?

– Ни единой живой душе.

– Прекрасно. Вот и держи рот на замке. Ну пока. Увидимся.

– Да, вот еще что, – окликнул Купер.

Лонерган, уже было собравшийся уходить, остановился.

– Ну?

– Про меня молчок. Предпочитаю остаться в стороне. Не хочу, чтобы Джоан узнала, кто проболтался.

– Не волнуйся.

Алекс Купер остался один, предаваясь сладостным мечтам о том, как потратить свалившиеся с неба две тысячи.

Коммутатор «Монро Армз» размещался в клетушке за стойкой портье.

В этот день как раз дежурила Джоан. Фрэнк с деловитым видом направился к ней с папкой в руках. Девушка соединила очередного абонента и обернулась к репортеру:

– Чем могу служить, сэр?

– Я из телефонной компании, – объявил Лонерган, помахав перед глазами Джоан каким-то сомнительным удостоверением. – Небольшая проблема.

– В чем дело? – удивилась Джоан.

– Некоторые постояльцы утверждают, что им предъявили счета за переговоры, которых они не вели.

Он раскрыл папку и сделал вид, что сверяется с документами.

– Пятнадцатое октября. Поступил счет за разговор с Германией, а джентльмен утверждает, что вообще никого там не знает. Устроил скандал.

– Мне тоже об этом ничего не известно, – негодующе вскинулась Джоан. – И вообще даже не помню, чтобы за последний месяц кто-то звонил в Германию.

– Вы ведете записи?

– Естественно.

– Не могу я посмотреть?

– Пожалуйста.

Она вытащила скоросшиватель из-под стопки бумаг и протянула Фрэнку.

На коммутаторе мигали лампочки. Пока Джоан, отвернувшись, поспешно соединяла абонентов, Лонерган быстро пролистал записи. Двенадцатое октября… тринадцатое… четырнадцатое… шестнадцатое.

Листок за пятнадцатое был вырван.

Фрэнк Лонерган устроился в вестибюле отеля и приготовился терпеливо дожидаться возвращения Джеки Хьюстон из Белого дома. К счастью, долго торчать на виду не пришлось.

– Губернатор Хьюстон?

– Что вам угодно?

– Я Фрэнк Лонерган, «Вашингтон трибюн».