Замуж второй раз, или Еще посмотрим, кто из нас попал!

– Ничего предосудительного, Максимилиан. Потребовала с него долг жизни, чтобы он вернул тебе настоящую Аннику, – произнесла я.

Хотела бы сказать, что мое заявление произвело эффект разорвавшейся бомбы, но нет. Аррх Коурстена отреагировал весьма сдержанно, лишь приподнял бровь и вопросительно посмотрел на меня, а потом на некроманта.

– И как это понимать?

Дениэль сел в кресло, закинул ногу на ногу, скрестив руки на груди, и всем видом дал понять, что объясняться с мужем я должна сама.

– Анника настолько не хотела замуж, что провела один ритуал, призванный перенести ее как можно дальше от дома.

Дарстен смотрел на меня с таким видом, как будто в любой момент ждал, что я рассмеюсь и скажу, что это шутка.

– И ты этому поверил?! – изумленно спросил он у некроманта.

– Аня, нарисуйте ему схему.

– Как ты ее назвал? – вскинулся Максимилиан.

– Мое настоящее имя Анна, можно Аня, если сокращенно. У нас с Анникой даже имена похожи. И в восемнадцать лет я выглядела как она. Сейчас мне тридцать четыре. В нашем мире нет магии, развитие получили технологии.

– Вы меня разыгрываете?

У Дарстена был такой скептический вид, что мои нервы не выдержали, и я взорвалась:

– Мне делать больше нечего, как разыгрывать спектакль! Наверное, я бы что-то весомее придумала, чем участие в розыгрыше, требуя долг жизни.

Как ни странно, но именно мой срыв заставил Максимилиана по-иному взглянуть на ситуацию. Он достал листок бумаги и писчие принадлежности."

"Рисовала я нервно и не очень ровно, а вот символы и руны передала точно. Не знаю, что не так с этими скопированными записями, но, увидев их, муж на меня посмотрел изучающим взглядом военного. Цепким, оценивающим. Как просканировал, а потом повернул голову к некроманту.

– Да-да, весьма интересное смешение классической и запретной магии, – отозвался Дениэль.

– Где ты это взяла? – требовательно и резко спросил Дарстен.

– Нашла в вещах Анники. Откуда? Спрашивайте уже у нее.

– Значит, ты очнулась внутри этой пентаграммы? – потряс он листком.

Черт, а это ведь слабое место моего рассказа. Не хотелось бы подставлять мачеху и вредить хоть кому-то, пусть разбираются уже без меня.