Тьма после рассвета

Мы же с тобой когда-то договорились раз и навсегда. Поэтому я даже не буду спрашивать, что случилось с этими детьми, хотя узнать ужасно хочется. Они живы?

Череменин отрицательно покачал головой.

– Последних пока не нашли, остальные – нет, к сожалению. Ребенок, ты сама-то понимаешь, что так делать не надо?

– Пап, но ориентировки же не секретные…

– Не секретные, – согласился он. – Но это мои материалы. Мои. А не твои. Я с себя ответственности не снимаю, я не должен был приносить сюда папку и уж тем более не должен был оставлять тебя наедине с ней.

– Ты привел его сюда, ко мне, – упрямо возразила Настя.

Она в общем-то понимала, что поступила неправильно. Надо было промолчать. И вообще не стоило читать эти бумажки. Самым разумным было бы сразу же, как только она увидела на столе какие-то документы, позвать отчима, мол, папа, ты свои документы забыл…

– Ладно, папуля, давай мириться, – виновато сказала она.

Леонид Петрович обнял ее, поцеловал в макушку.

– Сойдемся. Но и я тоже хорош, совсем бдительность утратил.

Они вернулись в комнату, где толстенький гость по фамилии Гордеев продолжал увлеченно читать.

– Поехали, Витя, подброшу тебя до дома, спать давно пора, – сказал Череменин.

Тот со вздохом и явным сожалением отложил папку и встал.

– И то верно.

Пока мужчины одевались, Настя бережно сложила свои драгоценные материалы и аккуратно завязала папку.

* * *– И что это было? – спросил Гордеев, как только они покинули квартиру.