Тиран моей мечты

А я поспешила к себе домой, надеясь, что мне повезет, и Юлька еще не спит.

Дочка не спала, но заснула у меня на коленках, пока я ужинала. И как только я поела, стало легче. Хотя, наверное, дело не в одной еде — дома и стены помогают. А еще Юлька.

Мне всегда становилось легче, когда я брала ее на руки.

Утром следующего дня, не успела я продрать глаза и умыться, как зазвонил мобильный телефон.

Это была Лера.

— Привет, Тинка, — вздохнула она мне в ухо. — Я звоню, что бы извиниться.

— Извиниться? — изумилась я.

— Ага. Черный меня вчера отчитал, что забыла тебе про вегетарианство его написать.

У меня дернулся глаз.

— Ты извини. Вообще из головы вылетело… — Лера! — возмутилась я. — У тебя черепно-мозговая травма! Да как он… да как ему не стыдно! — Назару — от? — хмыкнула Лера. — Не стыдно, уж можешь мне поверить. Знаешь, как он считает? Взялся — выполняй.

Единственное оправдание — смерть. А черепно-мозговая травма точно не оправдание.

— Сволочь он, — буркнула я, хмурясь.

— Аналогично, — засмеялась Лера. — Причем с особой жестокостью. Сейчас — от я уже более-менее привыкла, хотя иногда все равно накрывает, а вот десять лет назад… — А он тогда тоже такой был? — Получше чуть, но не сильно. Дурной характер даже палкой не выбьешь. Так что терпи, Тин.

— Да мне недолго терпеть… — пробормотала я с неловкостью.

— Черный обещал за неделю замену тебе найти временную. А завтра уже среда.

— Обещать не значит жениться, — философски заметила Лера, хихикнула, попрощалась и отключилась.

Жениться на мне он и не обещал, обещал только секретаря найти. Уж секретаря-то можно осилить! И все же — гад. Получается, понял, что я не виновата в этой ошибке с борщом — видимо, заглянул на почту, он ведь был в копии письма, — позвонил Лере, отчихвостил, заставил извиниться. А сам извиняться не стал! Сказочная сволочь, да.

Но с другой стороны, Назар Миролюбович вчера мне лицо мокрым платочком протирал, похвалил, домой отвез и, кажется, даже хотел накормить.

И разрешил денек дома отлежаться… В общем, я его простила. А к вечеру, когда мне стало намного легче, даже решила побаловать и испекла миндальное печенье.

Надеюсь, Черный такое ест… Впрочем, если не ест, мне же лучше — больше достанется.

А в среду утром я надела платье. И краснела, и бледнела, и злилась на саму себя, но надела.