Тёмный отбор

К тому же где еще я получу такую обширную боевую практику, как не на северной границе, страдавшей от нашествия орд нечисти и нежити?"

"Работа незавидная, особенно для молодой девушки, опасная, грязная, малооплачиваемая. Но мне много не надо, с голоду не умру.

По королевскому указу каждая северная деревня от двадцати дворов обязана снабжать мага жильем и продовольствием, жалованье ему платилось из королевской казны по пять золотых в месяц плюс премия за каждую уничтоженную вражескую единицу. Ничтожные деньги.

Но я готова была на все, лишь бы не просить помощи у родителя, герцога Грайсиера.

Не стало у меня ни дома, ни отца. Впрочем, уже давно не стало – после того как он женился во второй раз. Увы, не на какой-нибудь молоденькой девице, которая дрогнула бы перед моей силой и славой чернокнижницы. Нет.

Его угораздило жениться на старухе – леди Ганнет, светлой магичке, казначейше ордена Белой цапли и бывшей фрейлине королевы-матери.

И началось!

В лес ночью нельзя, леди не может собственноручно собирать разрыв-траву и охотиться на летучих мышей для темнозелья. Не то чтобы я охотилась, но с какой стати мне, черной магичке, указывает светлая?!

Черных кошек держать в комнате нельзя, леди не должна возиться с животным как простолюдинка и учить мерзкого зверька шипеть на мачеху и ее дочку.

Черных петухов держать в птичнике нельзя, резать для жертвоприношения тем более нельзя – леди не должна пачкать руки кровью, это неприлично. А чем мне пентаграмму чертить?!

На кладбище ходить ночью нельзя, рыть могилы нельзя – леди не может вонять трупами, как какой-нибудь мерзкий некромант. Тем более что из меня некромант, как из осины кипарис. Вот это было особенно обидно. Что бы она понимала в некромантии! Интересно, герцога она тоже «мерзким некромантом» обзывает?

В штанах, босиком и с непокрытой головой ходить нельзя, и так замуж никто не берет в мои-то почти престарелые годы.

И купаться в полнолуние нагишом дурной тон, оказывается. А как еще резерв по-быстрому наполнить особой магией, которая только в полнолуние раскрывается?

Ничего нельзя, что делало бы меня сильнее.