Тихоня для волчьей стаи

А потом я в изнеможении рухнула на Альфу и он прижал меня к себе.

- О, Боги, принцесса…

У него не было слов. Их не было и у меня. Мне хотелось смеяться и плакать от счастья.

Я поняла, что свободна от всех своих страхов. Свободна от всего дурного, злого, жуткого, что когда-то было в моей жизни.

И я больше не одинока.

И не буду теперь одинока никогда.

Потому, что у меня есть моя стая и они не оставят меня, что бы ни случилось. И я не оставлю их.

Мне было хорошо. Нет. Не так.

Мне было невероятно, бомбически, крышесносно хорошо!!!

И хотелось одного…

Спать.

А потом…

А потом они разбудили меня, смеясь, заявляя о том, что я просплю свою свадьбу!

Мамочки!

Я! Просплю! Свою свадьбу!!!

Глава 80. Стася.

Мы стояли на берегу озера, мое серебристо-белое платье искрилось под мягким светом полной луны.

Свадьба... Я, наконец, должна была стать их женой.

Женой волчицей.

Мы собирались совершить обряд, древний и прекрасный.

Я вдыхала аромат лесных трав, вспоминая другой счастливый день, другую свадьбу.

..

Первый раз мы поженились еще тогда, зимой.

Я, наконец оправилась после похищения.

Мы провели волшебную ночь, а утром…

Утром они разбудили меня, смеясь, пугая, что я проспала свою свадьбу.

Оказывается, Лика уже ждала меня вместе с девушкой- визажистом, которая должна была меня причесать и нанести макияж.

Мои волки куда-то испарились, но не особенно переживала – ведь по правилам они не должны были видеть меня!

Ох уж эти свадебные традиции!

Платье уже привезли из салона, и туфельки, и шикарное белье.

И даже кружевную подвязку с голубыми лентами – конечно же обязательно должно у невесты быть что-то голубое! И что-то чужое – Лика дала мне свои заколки для волос. И что-то старое – мама моих мужчин принесла изящное старинное ожерелье с бриллиантовыми каплями, фамильную драгоценность. Она сразу назвала меня дочкой, и окружила заботой и любовью.  А новым было все остальное.

Я смотрела на себя в зеркало и была счастлива – именно так я хотела выглядеть на своей свадьбе.

Именно такой хотела предстать перед любимыми.

Их принцессой, которая вот-вот станет королевой.

Впрочем, я была не против того, чтобы они и дальше называли меня принцесса!

Зал для церемоний был украшен голубыми и белыми гортензиями, серебристые ленты свисали с алтарной арки, у которой меня ждали они. Все трое были в черных смокингах с бутоньерками. Словно все они женихи, впрочем, для нас так и было, а что подумают остальные – ни меня, ни моих мужчин это совсем не волновало.