Тихий остров

Он использовал его и подобрался к причалу со стороны моря. Более того, беглец уже успел снять цепь с глиссера и вывести его на открытую воду.

Лев Иванович выхватил пистолет.

— Стоять! Стреляю! — закричал он и бросился к месту стоянки глиссера.

Но было уже поздно. Взревел мотор. Суденышко выписало крутой вираж и помчалось в сторону открытого моря.

— Твою дивизию! — прорычал Гуров и выпустил вслед беглецу несколько пуль.

Он целился по двигателю излишне проворного плавательного средства.

— Лев Иванович, быстрее сюда! — послышался голос Эдуарда.

В несколько секунд Гуров достиг катера, двигатель которого уже урчал, с ходу перемахнул через борт и плюхнулся на сиденье-банку. Катер тут же взметнул свой хищный акулий нос и ринулся следом за глиссером, который успел обратиться в крохотную козявку на фоне синевы морских волн.

Крячко и Андронкин выбежали на причал, но лишь с досадой всплеснули руками. Надо же было так прохлопать!..

Впрочем, то обстоятельство, что они не успели запрыгнуть в катер, было только на пользу Эдуарду и Гурову.

На море завязалась бескомпромиссная, яростная гонка. За глиссером, успевшим оторваться, уйти далеко вперед, настойчиво мчался катер, имеющий не менее эффективные скоростные характеристики. Глиссер вышел за пределы бухты и взял южнее. Скорее всего, беглец намеревался прямым курсом идти на Хоккайдо. Вот уже Шумбумаи остался где-то позади.

Лев Иванович взглянул вправо и облегченно перевел дух. Наперерез глиссеру стремительно шел пограничный сторожевой катер.

Цымасов тоже заметил его. Он выжимал из двигателя все возможное, однако было ясно, что ему уже не проскочить. Тем не менее Борис решил маневрировать, увильнуть от пограничников и успеть домчаться до военного катера с опознавательными знаками японских ВМФ, появившегося в нейтральных водах.

Невзирая на требования немедленно лечь в дрейф, доносившиеся со сторожевика, беглец выписал несколько зигзагов.

Цымасов покорно сбросил скорость и на малом ходу стал приближаться к сторожевику. Но в какой-то момент он вдруг вскинул на плечо то же самое непонятное устройство наподобие толстой трубы, и пограничники, стоявшие на палубе, начали валиться с ног один за другим.