Тихий остров

— Вот это, наверное, бабуля-гадалка и имела в виду! — особо отметил Гуров.

— Да, но как и на чем он может смыться? — спросил Эдуард. — После того случая, когда фальшивые археологи угнали катер Валерки Антоничева, все плавсредства стали приковывать цепями. Так просто теперь даже ял не угонишь.

Но Гуров не дослушал его, решительно отмахнулся и заявил:

— У Цымасова могут быть запасные ключи от замков. Он может пустить в ход свое устройство, которое вмиг парализует любого сторожа. Суть проста как белый день. Негодяй может уйти в Японию и увезти с собой опасное боевое устройство.

Этого допустить никак нельзя. Поэтому уже сейчас надо поставить в известность пограничников.

— Хорошо. — Рыдалов согласно кивнул. — Допустим, вы правы. Но тогда получается, что нам надо немедленно идти на лодочный причал и там дежурить.

— Абсолютно верно! — подтвердил Гуров. — Сейчас зайдем к нам. Я позвоню Анатолию, чтобы он связался с пограничниками. Потом ты проводишь нас к лодочному причалу.

Ночь, выдавшаяся дождливой, нудной, казалось, никогда не закончится.

Лев и Станислав обосновались в крохотной сторожке, стоявшей на краю длинного ряда лодок и катеров самых разных марок, форм и размеров. Они по очереди выходили дежурить, потом засыпали на крохотном топчане, где лежать можно было только согнувшись. Старичок-сторож по настоянию оперов ушел домой. Случайные жертвы тут были ни к чему."

"Эдуард сбегал к себе и вернулся с большим термосом и свертком бутербродов. Заодно он договорился с одним местным рыбаком насчет аренды его мощного скоростного катера.

Опера догадывались, что промысел этого гражданина, скорее всего, являлся не совсем законным, но акцентировать внимание на этом обстоятельстве не стали. Для них важнее любых доводов была поставленная цель: задержать Цымасова, не дать ему уйти в Японию.

Еще не рассвело, когда на причал примчался участковый Андронкин. Он сообщил, что проинформировал пограничников о предполагаемой попытке незаконного пересечения морского рубежа Российской Федерации.

Теперь они дежурили вчетвером. Ближе к рассвету дождь наконец-то закончился, тучи рассеялись, небо засияло всеми красками разгорающейся зари.

Гуров проходил вдоль причальных тумб и неожиданно заметил метрах в ста от себя какую-то тень, мелькнувшую подле одного из скоростных глиссеров. Еще через мгновение он понял, что это Цымасов. Борис, видимо, раздобыл в своих подземельях старый, еще военной поры, японский кислородный дыхательный аппарат.