Тигровый, черный, золотой

В то время ему и в голову не пришло этим интересоваться: дядюшка был вполне обычный нищий пенсионер, живущий с крохотного огорода где-то в Тульской области. Но потом начались все эти случаи со звонками… Мошенники облапошивали стариков. Представлялись сотрудниками банка или полиции и убеждали, что нужно срочно снять средства со счета и перевести на другой… А там – ну, понятное дело: деньги исчезали за минуту. Майя возмущалась, твердила, что полиция и банки в сговоре, такой масштаб преступлений немыслим без серьезной поддержки.

Колесникова намного сильнее поразили суммы, которые хранились в заначках у стариков. Вот, скажем, бедная пенсионерка, всю жизнь трудилась медсестрой. Откуда на счету несколько миллионов?

Его так занимал этот вопрос, что он даже отыскал интервью с несчастной женщиной. Прочел, что она откладывала всю жизнь, работала до последнего времени, мало тратила на себя… Прикинул: да, вполне по силам скопить.

Так, может, и у дядюшки были средства? А если допустить, что старичок-пенсионер картошкой приторговывал по осени или яблоками…

Колесников столько надежд возлагал на то, что дядя окажется подпольным миллионером, что, когда получил ответ, не сразу поверил.

Потом сам над собой смеялся сквозь слезы. Нашелся наследничек!

Он перестал выбираться на встречи с приятелями, вместе с ним когда-то добившимися членства в Союзе художников России.

Некоторое извращенное утешение Колесников обрел в том, чтобы сопровождать Майю на собрания художников ее круга. Среди тех, кто входил в Имперский союз, он мог почувствовать себя значительным. Разглядывал их произведения – и хохотал про себя. Профаны! А го´нору-то, го´нору!

Справедливости ради, были среди них и те, кто заслуживал уважения.

В последнюю неделю кое-что произошло… Он наблюдал за женой, за ее дружками. Без зазрения совести подслушал, что она наплела частным детективам.

Вранье на вранье.

Но зачем, зачем?

* * *Сначала к нему пришла полиция.