Тетушка против

 — Неужели вспомнила, что у тебя есть дела поважнее, чем пресмыкаться перед моим врагом? Вот к этому платью следует пришить кружева, а сюда добавить вышивку на лиф!

— Здравствуй, Пеппа, — Маргарет оглядела бардак и поинтересовалась: — И что все это значит?

— Это ты мне объясни: как ты додумалась поступить на службу к Флери? Что? Думаешь, я не додумалась, о какой Пруденс Робинсон талдычит с утра весь город? Думаешь, я не помню твое полное имя? Или у тебя совсем не осталось гордости, раз ты подалась к этому мерзавцу?

— И для чего ты пыталась приворожить мерзавца?

Подпрыгнув на месте, Пеппа махом потеряла всю свою напористость и забеспокоилась:

— Ты-то об этом откуда знаешь?

— Оттуда, — Маргарет неопределенно махнула рукой в сторону Овражного проулка.

 — Сняли вчера твой приворот, уж прости.

— Ка-а-ак? — жалобно проскулила девчонка и плюхнулась на кровать, приминая воланы.

— С помощью сушеной жабы и клока волос.

— Гадость, — скривила красивые губы Пеппа. — Впрочем, я могла бы и сама догадаться, что без тебя тут не обойдется.

Очень уж ты любишь совать свой нос в чужие дела. И как мне теперь прикажешь увидеть короля?

— Ты навела на него приворот, чтобы увидеть короля? — не поверила своим ушам Маргарет, и гнев невиданной силы пополам со жгучим сочувствием к Раулю поднялся из самых глубин, затмевая все другие чувства. — Да как ты только додумалась до такой низости? Ты хоть представляешь, как плохо пришлось его светлости? Он чуть не спятил, сопротивляясь навязанной любви!

— Да почему плохо-то! — закричала Пеппа и вдруг застыла, пораженная какой-то мыслью.

 — Почему плохо?.. — словно саму себя переспросила она и охнула, прижав руки к груди. — Если только… Она говорила… Но это невозможно! Белла сказала, что мужчине может стать дурно лишь в одном случае: коли он влюблен в другую. И чем сильнее он влюблен, тем хуже ему придется… Но в кого? Рауль ведь безвылазно торчал в замке, а там из женщин была лишь старуха-служанка. Ему просто не за кем было там волочиться!

Тут она вскочила, подлетела к Маргарет и вцепилась в ее локти, пытливо вглядываясь в лицо, будто надеясь прочитать мысли:

— Тетушка, ты служишь у Флери и должна знать! Кто эта вертихвостка?

— Зачем тебе? — помертвев, едва слышно выдохнула она.

— Ты издеваешься, что ли? — топнула ногой Пеппа и выпустила ее. — Это всё ты, всё ты!

Маргарет ощутила, как тошнотворный стыд запечатал ей горло. Девчонка обо всем догадалась, и теперь ни за что не простит тетушку-разлучницу.