Терновый венец

Отчего тогда охранники выглядели так, будто их душил невидимка?

Морриган, перекрикивая визг банши, закричала: «Грэйнн!»

Дюжины лиц в зеркалах повернулись к леди Дома Овенга, и та наконец разглядела, что происходит с ее боевыми колдунами. Однако саму Грэйнн неведомые чары не коснулись. Она в ступоре жалась к зеркалу боком, пока сползшие на пол охранники хрипели, царапали кожу, а их ноги отбивали дерганный ритм. Они словно танцевали под странную песнь банши.

И танцем этим была сама смерть.

Никому и в голову не пришло «отключить» зеркала.

Даже когда оба охранника Высокого Дома Овенга умерли под ошарашенными взглядами лордов Высокого Собрания, предвестница смерти не замолчала. Грэйнн всхлипывала, стоя над телом того, кто должен был ее защищать. Развернулась к зеркалам с расширенными в немой мольбе глазами, отчаянно ища в соперниках поддержку и участие.

Не там искала. Ей бы бежать со всех ног, но и это вряд ли бы ее спасло. Подавшись вперед, Грэйнн схватилась за грудь, резким движением собрала в кулак нежно-лазоревую ткань платья.

– Помо… – не договорив, она замертво рухнула на пол.

И только тогда обессиленная банши замолчала.

– Проклятье, – выругалась Морриган в наступившей тишине.

О'Райли развернулся в ее сторону, словно хищная птица.

– Это ваших рук дело! – визгливо вскрикнул он, указывая на нее и Доминика. Рука, покрытая старческими пигментными пятнами, дрожала. – Сначала немертвая стража, потом…

– Катись к Балору, – посоветовала Морриган.

Доминик, глядя на нее, медленно покачал головой. Она тяжело вздохнула. Нацепив улыбку и даже не пытаясь придать ей хоть толику искренности, произнесла елейным голоском:

– Я хотела сказать, вуду есть не только в нашем Доме.

Поднялся гвалт. Заглушая его, в голове Морриган колокольным набатом зазвучали слова Ведающей Матери об угрозе, что нависла над лордами подобно остро заточенному клинку.