Терновая Лилия

Будешь обучать девочек, — высокомерно напутствована меня герцогиня, выдав свернутую по старинке в рулон бумагу, припечатанную личным оттиском в сургуче.

— Разумеется, — присела я в реверансе, принимая драгоценное разрешение.

О том, что только что себе на голову выпросила практически свободный доступ во дворец, я в тот момент не подумала.

А вот отец подумал.

И тем же вечером наёмник Тибо постучал в калитку Клеменс.

Хорошо хоть постучал, а не выламывать принялся.

Гильдейские, впрочем, когда не поступало заказа устрашить и запинать, оказались вполне вменяемыми и компанейскими парнями. Или ко мне так относились, потому что я вроде как своя и работала с ними рядом какое-то время? Главное, проводили меня до той же таверны со всем почтением. В этот раз я не забыла накинуть плащ, хотя все желающие и так успели меня в прошлый раз разглядеть.

Отец ждал меня прямо в зале за столом. Напротив него стояла вторая миска с похлебкой, и я, рассудив, что меня все же покормят, присела как раз перед ней.

С моим бурным режимом жизни я быстро научилась есть когда дают, не особо вглядываясь в содержимое и дегустируя ингредиенты. Горячее — значит, меньше шансов отравиться. Уже хорошо.

Кивнув мне в качестве приветствия, де Брассье положил на стол между нами кольцо с хитро вывернутым камнем.

— Полог тишины, — пояснил он. — Ты ешь, отощала совсем с этими цветочницами.

И слушай.

Я послушно принялась опустошать тарелку и внимать списку придворных, на которых мне стоило обратить более пристальное внимание. Отец уже занялся сбором слухов и сплетен, а мне предстояло выяснить их уровень доступа во дворце.

Придворные делились на категории, и не все министры, даже самого высокого уровня, были допущены лично к телу короля. Весь день его величества был заполнен целым списком всевозможных ритуалов, и степень его доверия выражалась в том, например, какую деталь туалета он позволял на себя надевать приближенным.

Если допускал до утренней процедуры одевания вообще.

— Из тех, что я тебе перечислил, все вхожи в покои его величества. Выясни, кто может туда проходить в любое время, — выдавал мне инструкции де Брассье, а мне кусок в горло не лез. Эта затея казалась все более пугающей.

Неужели отец замыслил покушение на его величество?..