Терновая Лилия

Я примерно распределила где что должно висеть, а цветочницы и воспитанницы герцогини следили за исполнением плана. Маги безропотно натягивали и левитировали, лакеи крепили и подвязывали.

Но все хорошее, как и плохое, рано или поздно подходит к концу. Гордо оглядывая преобразившийся зал, я могла с уверенностью утверждать, что имело место скорее хорошее.

Наконец-то мы смогли выдохнуть и дружно оценить результат совместных усилий.

— Неплохо, — снисходительно кивнула герцогиня. Она-то никуда не бегала и нигде не носилась, а удобно сидела в принесенном одним из лакеев кресле и наблюдала, как пыхтят остальные.

"— По-моему, прекрасно! — возразил де Бельгард, и был вознаграждён подозрительным взглядом ее светлости. Кажется, они весьма близко знакомы, если не родственники. В высших кругах аристократии все друг другу в какой-то степени родня, хотя бы и через пять поколений. Так что напряженность герцогини я вполне понимаю. Увлечение мага мной ее не устраивает сразу по нескольким причинам, и далеко не на первом месте стоит сомнительное происхождение.

И сейчас даму раздирают противоречивые желания.

С одной стороны, я ей любопытна как генератор новых идей. Мы не обговорили полноценно план создания пансиона благородных сирот, равно как и разрешение с ее стороны на открытие гильдии, так что еще раз, как минимум, думаю, встретиться нам придется.

А с другой — кажется, я ей не так чтобы симпатична.

Пробивная, бесцеремонная, громкая и властная. Подобные качества подойдут либо торговке с рынка, либо фаворитке короля, потому что королева-то как раз должна быть тихой и сдержанной. А дамы, крутящиеся при власть имущих мужчинах, обычно как раз такие и есть — чтобы успешно бороться с конкурентками.

Увы, благородной аристократкой мне не стать, хоть я все пособие по манерам наизусть выучу.

— Идёт ее величество! — пропыхтел красный взмокший лакей, вбегая в зал.

— Идите-ка вы, милочка. За вами пришлют через пару дней, — обратилась ко мне герцогиня, и повысила голос. — Все молодцы, отлично поработали!

Мне в руки увесисто шмякнулся туго набитый кошель, приятно оттянув их вниз своим весом.

— Нам еще о многом нужно поговорить, — внимательно глядя мне в лицо, произнесла де Сурри. — А сейчас идите.