Тени сгущаются

— Я же ничего не сделал, — попытался протестовать Дротик, но его робкий голос тут же утонул в громком хоре сердитых рыков.

— Разве может царить в Стае мир и спокойствие, когда в ней есть такой мерзкий пёс?

— Точно, Шкирка! Он же был в стае Стали!

— Почему бы ему не поискать другую стаю, под стать себе?

— Что за разборки вы тут затеяли? — разъярилась Гроза. — Вы все твердите о «защите Стаи» и нападаете на одного из её членов… Так-то вы укрепляете её сплочённость и командный дух?

— Не суй свой нос в наши дела, Гроза, — прорычал Лесник.

 — Тебя это не касается!

— Это касается любой собаки! — рявкнула Белла, наконец, протиснувшись в центр кольца и встав по другую сторону от Грозы. Она тяжело дышала, её бока бурно вздымались и опадали, но скорее от гнева, чем от попытки растолкать враждебно настроенных собак. — Что должен сделать Дротик, чтобы обелить себя в ваших глазах? Он никогда не совершал ничего предосудительного! Дротик — хороший член Стаи. Но никто из вас не желает дать ему шанса проявить свои лучшие качества!"

"— Тебе тоже, Белла, лучше не вмешиваться, — тявкнула Стрела.

 — Почему мы должны доверять всему, что ты говоришь? Тебя ослепляют ложные чувства к этому Свирепому псу. По-моему, у тебя вообще с головой не в порядке, раз ты избрала его.

— Что ты сейчас сказала?! — Дротик метнулся вперёд так внезапно, что Гроза не успела его остановить. Он оттолкнул в сторону Лесника так, что большой пёс пошатнулся и чуть не упал, в мгновение ока оказавшись возле Стрелы. Вскинувшись на дыбы, Дротик пнул её лапами и повалил на землю.

Ошарашенная, Стрела и не подумала сопротивляться. Удерживая собаку своими сильными передними лапами, Дротик приблизил челюсти к её уху и щёлкнул клыками.

— Придержи язык, — прорычал он. — Как ты смеешь оскорблять Беллу?! Ты не достойна даже слизывать пыль с её лап!

Зубы Дротика не коснулись шеи Стрелы, но собака задрожала всем телом, а её глаза наполнились ужасом. И на этот раз Гроза понимала Стрелу. Вид разъярённого Дротика мог заставить кого угодно раскаяться в оскорблении его подруги.

Но и Дротика Гроза не могла обвинять. Терпение пса рано или поздно должно было лопнуть, а Стрела давно напрашивалась на то, чтобы её осадили.

«И всё-таки Дротик совершил ошибку», — осознала Гроза с упавшим сердцем. В тот момент, когда он навис над Стрелой — со сверкающими глазами, обнажёнными клыками и слюной, сочащейся из перекошенной пасти, — все собаки Стаи повылезали на шум. И теперь, поёживаясь, глазели на неприглядную сцену.