Теперь ему принадлежу. Беременна от монстра

В ней оживали картины, которые он озвучил, я представила себе и ее беспомощность, ее муки… Наверное, это было легко, потому что я сама могла пережить это сегодня, если бы не он.

Вряд ли. Нет, вряд ли. Не так, но ведь это могло случиться.

Андрей замолчал и выдохнул дым.

Мне тоже было нечего сказать.

В повисшей паузе я отчетливо чувствовала его воспоминания. Он ушел в себя, мне кажется, даже перестал помнить, где он, забыл обо мне, весенней ночи и этом прекрасном виде на город. Только ощущал горечь на языке от своих сигарет.

Зачем я спросила?"

"Зачем он ответил? Выдумал бы что-нибудь. А теперь он в себе, мне неловко. На щеках стало горячо от слез. Так странно: в душе я была спокойна, то ли подавила, то ли еще в полной мере не осознала, что пережила в клубе, и что могло произойти. Уже не там — и ладно. Ведь спаслась, так? Но история, рассказанная им, меня тронула — она придала ночи красок безысходности. А еще его стало жаль… Сентиментальная девчачья жалость к тому, кому она не нужна.

Я шмыгнула носом, и Андрей наклонился ниже.

— Я тебя испугал?

Я распереживалась, расплакалась и прикрылась от него рукой, чувствуя себя глупо.

— Спасибо, что помогли…

Я была благодарна, что защитил.

— Пойдем в машину.

Он посадил меня в пассажирское кресло прямо в своем пальто. Вытащив пистолет, Андрей сел за руль. Оружие бросил на приборную доску. Смял салфетку и намочил водой из бутылки. Сжал в кулаке, подержал, безуспешно пытаясь нагреть и стал протирать лицо с заплаканных щек. У него чуткие пальцы, тонко чувствующие.

— Я не хотел тебя расстроить. Это было давно.

Он придержал мою голову за подбородок. Холодные, стройные пальцы оказались с твердыми, словно отполированными подушечками. Заметив, что мне неприятно, он убрал руку.

Я почесала холодные следы, оставшиеся на коже.

Мне тоже холодно.

Несмотря на пальто, я продрогла от сырости и стресса. Еще мне неловко, что мы оба молчим, пока он вытирает мне щеки.

Я почти точно.

Его губы оказались холодными: со вкусом ментола и сигарет. Я боялась, у него будет что-то с языком, но он развеял сомнения, умело поцеловав меня открытым ртом. Так чувственно, что по телу пробежали мурашки. Первый поцелуй оказался коротким.