Тень у порога

– На разведку?

– Вроде того: кто поймет айтишника лучше…

– …чем еще один айтишник, – подхватил Клим и усмехнулся.

Димке его тон не понравился. Он поджал губы и уселся на диван, отгородившись от нас раскрытым ноутбуком.

Я в деталях рассказала о своих беседах с соседями, стараясь ничего не упустить. Странная пара из соседнего дома Джокера особенно заинтересовала. Он поручил Димке поискать информацию обо всех, но особое внимание уделить им. А у нас спросил:

– Послания были?

– Не так скоро, – хмыкнул Клим.

А я подумала о коробочке, которую оставила в куртке при входе.

Бергман рассуждал о расследовании, а я смотрела на его задумчивое лицо в очках без оправы. Мог ли он быть отправителем? Нет, верилось с трудом: слишком мелко для него. Вздумай он сделать подарок, ничто не помешало бы ему вручить его лично.

Что, если я напрасно молчу? Расследование стоит на месте, а я, возможно, скрываю важную для дела деталь. Тут явилась мысль, которая не пришла мне в голову раньше, и очень напрасно.

Я прикрыла глаза, пытаясь восстановить картинку: футляр лежит на снегу у порога, чуть не попадает под мой ботинок… Я наклоняюсь, беру его в руки. Записка расположена так, что послание не приходится крутить. Я сразу читаю свое имя.

Я открыла было рот, чтобы рассказать о странной находке, но осеклась. Клим в этот момент вещал о том, что видел из окна хозяйского кабинета. Оказывается, кроме пары из «избы», он успел заметить Виталия, который парковался у сквера. Из машины тот вышел вместе с дамой в полушубке с капюшоном.

– И домой он так и не пришел? – уточнила я, хотя сама прекрасно знала, что перед выходом на эту встречу особняк мы запирали и он был пуст. По крайней мере, мне так казалось. А учитывая, что сегодня я уже ошибалась на этот счет, решила все-таки у Клима уточнить.

– Нет, они направились в другую сторону, противоположную от дома.

– Как они выглядели?

– Обыкновенно, – пожал плечами Клим.