Тень у порога

Тут негласные правила дома позволяли говорить о чем угодно, торчать в ноутбуке, телефоне и даже играть в шахматы и нарды. Сегодня, правда, нам было не до игр.

– Виталий увез Дарью? – спросила я, стоя у окна в дальнем углу гостиной.

– Да, я их проводил, при мне она оставалась в неведении.

– С Ольховым поговорить удалось?

– Нет, успеем, – коротко ответил Клим.

– И то верно, – вздохнул Димка. – По поводу дома. Красный переулок, три дробь один. Дом принадлежит Солнцеву Евстигнею Ивановичу, двадцати двух лет. Он получил его в наследство три года назад.

– Валяй, – усмехнулся Клим. – Вероятность, что он был в переулке и что-то видел, одна к ста тысячам.

– Почему не к миллиону? – съязвил Димка.

– Может, и так, – спокойно согласился Клим, чем еще больше вывел Поэта из себя. – Кстати, забыл поделиться с вами любопытной деталью. Место, где Павел нашел авто с телом супруги, сплошь усыпано битым прозрачным стеклом.

– Что это значит? – не поняла я.

– Нет, кто-то заранее высыпал туда внушительное количество острых осколков, незаметных на снегу.

– Чтобы остановить машину? – нахмурилась я.

– Автомобиль с поврежденной резиной может проехать еще довольно долго. Пару десятков метров до дома уж точно. Выходит, что либо злодей этого не учел, либо не имеет к битому стеклу никакого отношения.

– Либо оно было нужно для иных целей, – произнес Бергман. – Чем наносили Анжеле раны, от которых она в итоге скончалась?

Клим молчал, видимо, пока не знал ответа на этот вопрос.

– Ножом? – робко предположила я.

– Наберемся терпения, – резюмировал Бергман. – Уверен, скоро мы узнаем подробности.

Клим сообщил, что Ольхов планирует остаться в Москве вместе с Дарьей на день-другой. Ключ от дома он нам любезно оставил. Максимильян настаивал, что ночевать в особняке после случившегося может быть опасно.

Готовясь к ночной вылазке, он вытянулся на диване в гостиной и прикрыл глаза. Я накрыла его шерстяным пледом, что не осталось незамеченным. Димка поморщился, выказывая свое отношение к подобной заботе. Зря старался – его бы я точно так же мерзнуть не оставила.