Ты еще маленькая (СИ)

— Ир, у меня есть немного денег, я вызову такси и сама его оплачу, — стараюсь говорить твердо, но Ирка упертая.

— Я пешком пойду.

— Пешком ты не пойдешь, мы тебя отвезем, — увлеченная спором, я не заметила, как на лестнице появился Тимур.

— Да я хотела свежим воздухом подышать, — уже не так уверенно упирается подруга. С Шаховым вообще сложно спорить и почти невозможно ему противостоять.

— Откроешь окно в спальне, высунешь нос на улицу и подышишь, — обувая кроссовки, произносит он. А я смеюсь, представляя себе эту картину.

— Рыбка, одевайся, — достает из гардеробной куртку, протягивает мне.

Ирку мы доставили быстро, через несколько минут она уже бежала по ступенькам к входу.

— Тимур, куда вы ездили с Макаром? — спрашиваю, как только мы трогаемся обратно в сторону дома. Он поворачивается, на лице удивление. — У тебя губа разбита, — спешу пояснить. — Вы дрались?

— Я – да, Макар – нет, — усмехается Тимур и тут же морщится, хватаясь за губу.

— Я была не одна, — от его признания начинает кружиться голова. Разве можно быть такой счастливой?

— Но ты была не со мной, — на эту реплику мне нечего ответить. Заправляя прядь волос за ухо, стараюсь скрыть свое волнение. В солнечном сплетении печет от переизбытка чувств. — Потом я выслушал десятиминутную нотацию о том, какой я отвратительный спортсмен, — продолжает свой рассказ Шахов.

— Все так серьезно?

— Да нет. Тренер вообще редко хвалит, а тут я так подставился, конечно, он разозлился. Не бери в голову, это мелочи, — тянется к бардачку, достает оттуда конверт и протягивает мне.

— Что это? — беря в руки конверт с эмблемой знакомого банка.

— Твоя карта, — сообщает спокойно Тимур. Я замечаю, что мы проехали мимо дома.

— Зачем? — не понимаю, для чего мне новая карта, у меня есть своя, куда мне приходит стипендия.

— Я ведь не буду платить своей девушке зарплату, — поясняет очевидное Тимур. — Но деньги на расходы у тебя быть должны.

— Тимур, я заработаю… — пытаюсь вернуть карту, но меня останавливает твердый взгляд.

— Рыбка, ты будешь учиться, а работать пока в нашей семье буду я, — строго.