Темный дар для попаданки. Финал

И я поняла, что их отношения не так дружелюбны, как мне показалось сначала. Наверняка Айзен недолюбливает мачеху, ведь она заняла место его матери. А Розалина с удовольствием бы сделала наследником собственного сына. Зачем ей чужой?

Тем временем королева с мягкой улыбкой обратилась ко мне:

– Это правда, что ты воспитывалась в закрытой общине без доступа к магии?

– Да, это так, – ответил Айзен прежде, чем я успела подобрать слова. – Но теперь это не важно, она член рода Саррах.

– Да нет, очень важно! – сквозь безмятежную маску на лице Розалины проступило раздражение.

Я сжала зубы и опустила взгляд, чтобы никто не прочитал моих мыслей.

Похоже, королева все еще испытывает обиду на Ротберга. Только за что? Это же не он ее бросил, это она отказалась бежать с ним. И очень умно поступила, если учесть, что стало потом с ними двумя.

Но мне все-таки неприятно, ведь речь идет о моем отце. Хотя я только недавно о нем узнала.

– Ваше величество, выбирайте слова, – угрожающим шепотом заметил Айзен. – Оскорбляя мою суженую, вы оскорбляете меня.

– Что? Ох, прости, я не хотела никого обидеть.

Ее улыбка и тон казались фальшивыми. Она хотела меня задеть и сделала это. Но мне пришлось все проглотить.

– Ну все равно, – продолжила королева и снова странно глянула на меня, – я рада, что ты нашел свое счастье.

Глава 2

Я скрыла тяжелый вздох.

Да, Драмиэль принял меня в семью. И да, очень ограниченный круг знает, что я его племянница.

Однако он не признал это публично. Для всех я “младшая леди”.

Мой отец был главой рода, и по закону Ленорманна я должна стать его преемницей. Но, пока с него не сняты обвинения в измене, ни он, ни я не можем претендовать на статус главы.

Самое смешное, все преступление моего отца только в том, что он отказался жениться на принцессе Савессе – сестре Ортреда.

Это официальная версия. А неофициальная – он узнал секрет хождения между мирами.

Король мог его просто убить. Но то ли не захотел ссориться с Саррахами, то ли надеялся сам заполучить этот секрет, а Ротберг был все еще жив. Его тюрьмой стал остров. Такой крошечный, что мы с Драмиэлем даже не нашли его на картах.