Темная сторона души

 – Захотелось мне так!

– Ну, рассказывай! – поторопил его Сергей. – Почему ты не на автобусе? Что разузнал?

– Ты, голубчик, доброго молодца сначала помой, – строго заметил Макар, – потом покорми, потом… В общем, не помню, что потом, но первые два пункта прошу соблюсти!

– А, фиг с тобой, – сдался Бабкин. – Иди, полощись. Смывай трудовой пот. Добрый, блин, молодец…

Спустя двадцать минут умытый и переодевшийся Макар уплетал борщ, рассказывая подробности своего возвращения в Игошино:

– Ваш автобус, Дарья Олеговна, который должен ходить по расписанию два раза в сутки, отменили.

– Как же ты тридцать километров-то добирался? – ужаснулась тетушка Дарья.

– С комфортом, – не стал лукавить Макар. – Первые десять километров меня подвез джип, следующие четырнадцать – «Жигули». До Малаховки.

– А в Малаховке ты стибрил велосипед, – догадался Бабкин и поймал осуждающий тетушкин взгляд. – Правильно, одним преступлением больше, одним меньше…"

"– Макар ничего тибрить не стал бы! – бросилась тетушка на защиту Илюшина.

– Не тибрил, конечно, – успокоил ее Макар. – Добрые жители, представьте себе, сами вручили велосипед и разрешили вернуть, когда мне будет удобно. А вы говорите – люди стали злые…

Он доел борщ и выжидательно посмотрел на Дарью Олеговну.

– Сейчас, Макарушка, сейчас картошечка будет, – захлопотала та. – Давай тарелку.

– В общем, добрался ты хорошо, – подытожил Бабкин.

– Беззащитно, – подсказал Илюшин. – При взгляде на меня у восьмидесяти процентов женщин просыпается материнский инстинкт.

– Что разузнал, беззащитный ты наш? – спросил Сергей. – Делись наконец информацией.

Макар мигом стал серьезным. Теперь он не был похож на студента-третьекурсника, легкомысленно болтающего с другом. Вошедшая с тарелкой картошки Дарья Олеговна тут же уловила перемену, молча поставила на стол тарелку и отсела в сторону, на диван.

– С кого начинать? – спросил Макар. – Новости есть обо всех.

– Начинай с Мещеряковых, – попросил Бабкин.

– Не вопрос. Твои Мещеряковы, Липа Сергеевна и Иван Петрович – милейшие старички, как ты утверждал, – бывшие разбойнички. Правда, не с большой дороги, а из малых подъездов, что сути дела не меняет.

– Как?! – ахнула Дарья Олеговна, забыв о своей роли молчаливого слушателя.