Темная Империя. Книга 2

— Когда начинаешь? — задал главный вопрос Эллохар.

— Ночью, — выражение лица Бессмертного утратило эмоциональность.

— Волнуешься? — полувопросительно произнес принц Хаоса.

— Тяжело ждать, — тихо признался лорд Тьер. — Ждать их шага, их удара, предугадывать и пытаться минимизировать последствия. Вокруг всех храмов Темной Империи установлены посты, но учитывая количество верований… У нас тысячи храмов, Рэн.

— Идущим будут неинтересны мелкие секты, Риан, — мягко произнес Эллохар, — они хотят устроить массовый могильник.

— Понимаю, — кивнул лорд Тьер, — но я обязан защитить все храмы. — Ты не император, — тихо напомнил принц Хаоса.

— Номинально нет, — совсем тихо произнес темный.

Эллохар искоса взглянул на друга. Понять его чувства, он понимал, у самого имелась школа и личный домен, но это казалось привычным, правильным, а ответственность Тьера Рэн иначе, чем ярмом не считал. Наставник и ученик… И как наставник, принц Хаоса не мог оставить друга наедине с давящим грузом ответственности.

— Это шесть главных храмов, Риан, — он говорил негромко, почти успокаивающе. — Шесть столичных храмов Тьмы, остальные им не интересны. Используй подвластных возрожденных, Ночную стражу, гончих. Те резервы, которые существуют сейчас, позволят держать под неусыпным контролем объекты возможного нападения. Поверь, у тебя значительно лучше организованы силовые структуры, нежели у твоего деда.

Тьер вновь кивнул, вот только его уверенности в ситуации Эллохар не видел. Магистры постояли еще некоторое время, и Риан неожиданно спросил:

— Что с тобой происходит?

— Мм? — удивился магистр Смерти.

— Ты изменился, — магистр Темного Искусства искоса взглянул на демона.

— Сильно? — совершенно безразлично, поинтересовался Эллохар.

— Что-то неуловимое, — Тьер так же выглядел абсолютно беспристрастно.

Словно разговор велся ни о чем.

Демоны, в личинах темных эльфов, вновь совершили круг по узкому ущелью на дне обрыва, когда магистр Смерти почти беззвучно, прекрасно зная, что великолепный слух аргатаэрра позволит ему расслышать, произнес:

— Тебе не понять, Риан, ты любил лишь раз.

Магистр Темного Искусства некоторое время молчал, перебирая и отбрасывая вопросы, одолевавшие его после признания друга, и когда заговорил, начал с тех вопросов, ответы на которые знал. Полагал, что знал.

— Ты любил дважды? — негромко спросил он.

— Трижды, — голос магистра Смерти прозвучал хрипло. — Я очень любил мать, Риан, она погибла.