Телохранитель. Миллионер. Жених?

- Ничего… Я понимаю, о чем ты подумал. Но мама как раз не хочет для меня повторения своей судьбы. Когда отец в шутку, а может, и не в шутку говорил, что познакомит меня с сыном делового партнера, она так на него ругалась… А она в принципе редко что-то говорила ему поперек.

- То есть, никаких бизнесменов? - усмехаюсь.

- Так думает только она! Раньше меня это как-то не напрягало…

Ну да, вряд ли Ромашка спала и видела, как бы выскочить замуж за бизнесмена.

Выдвигаюсь из-за стола вместе со стулом. Раскрываю объятия.

- Иди сюда.

Аля робко встает, но вижу, что глазки загорелись.

Принимаю ее в свои руки и усаживаю на колени. Глажу по коленке и вниз. По нежной коже рассыпаются мурашки.

- Если твоя мама мне что-то скажет, я стерплю, - говорю серьезно.

Хочется пошутить, но чувствую, Алю это реально беспокоит.

- Оскорблять или хамить она все же не будет… Но может намекать или достать тебя вопросами.

- Я это выдержу, Ромашка. Поверь. И сам тоже хамить не буду.

- Спасибо… Просто твои родители так за нас рады.

Девушке неудобно. А я лишь хмыкаю.

- Они отдают не такое золотце, как ты.

- Игнат!

Аля смеется, обнимает меня за шею и сама тянется поцеловать. Ради таких моментов я готов терпеть интеллигентность тещи.

И тестя, который с того света умудряется портить мне жизнь.

Отпускаю сладкие губы. Смотрю Але в глаза.

- Надо будет рассказать твоей маме про всё. Ну, в мягкой форме. О преследователях и тайнике отца. Она кстати не может знать про него?

Ромашка хмурится. Мотает головой.

- Не-ет.… Папа никогда не рассказывал ей о делах.

- Надо же!

- Отец мало в этом разбирался, - Аля улыбается, - но всегда хотел, как он говорил, обтесаться. А ещё вроде как в юности мечтал создать произведение искусства и прославиться. Но не получилось.

Усмехаюсь.

- Ну, один гениальный шедевр он точно создал.

Хитро смотрю на Ромашку. Наконец понимает, что говорю о ней. Щечки краснеют.

- Игнат….

А я на следующий день пойму, о чем говорила она.

И пусть пока только будущую. От этого в моем случает не легче. А может, даже тяжелей.

Будильник звенит в шесть утра. Аля ещё спит, уткнувшись мне в плечо. Я аккуратно высвобождаюсь, стараясь ее не разбудить. Пусть подремлет, пока я в душе.

Сегодня важный день – встреча с ее мамой. После нескольких месяцев, проведенных на юге у брата, она возвращается в город.