Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

Постепенно от истерики она переходила в плаксивую плоскость.

– Бывают люди тонко настроенные, как скрипка, а бывают тупые, как кувалда, – сказала вдруг Лизон.

«Разумеется, кувалда – это я. А скрипка сама Лизон», – подумала Таня.

– Скрипка – это мой Глеб. Он такой чуткий, такой ранимый… Ты ему не подходишь! – продолжала Зализина.

Поняв, что не угадала, Таня смутилась. Зализина истолковала это по-своему.

– Что, проняла я тебя? – спросила она ласковым тоном следователя, произносящего: «Сознаваться будем?»

– Проняла, – заверила ее Таня.

– И сразила?

– Ухлопала на месте.

Зализина склонила голову набок.

– Все ехидничаешь, Гроттер? А ведь без Глебушки моего жить не можешь? – спросила она задушевно.

– Не могу, – в тон ей сказала Таня и тотчас пожалела о своих словах, потому что заметила, что Бейбарсов смотрит на нее. Что смотрит – это еще полбеды. Главное – как смотрит.

Сказала она это в шутку, чтобы позлить Зализину, да вот только у Бейбарсова, как у истинного некромага, с чувством юмора было сложно. Он жил слишком всерьез.

– Хватит! Я пришла сюда не за этим! – сказала Таня с досадой.

– А зачем? – поинтересовалась Лизон.

– Я хочу поговорить с Глебом наедине!

Зализина застыла.

– С ГЛЕБОМ? – визгливо спросила она.

– Да.

– НАЕДИНЕ? – произнесла Лизон еще визгливее. Стакан на столе разлетелся осколками, хотя к нему никто не прикасался.

– Если ты не возражаешь, Лизон!

Таня согнула в локте руку, уверенная, что ей придется блокировать атакующие искры. Но Лизе суждено было еще раз удивить ее. Она действительно выпустила искру, но не в Таню, а в заговоренную дверь и, вышибив ее, вышла в коридор.

– Надеюсь, открытая дверь вам не помешает! Голубки, блин, козлиные! – произнесла она сквозь зубы."

"Таня с Глебом остались одни или… почти одни. Даже удалившись, Зализина продолжала незримо стоять между ними. Прожженная дверь удушающе дымила.

– Да я слышал о пелопоннесских драконах… У нашей старухи (так он называл ведьму, передавшую им дар) были свои мысли на этот счет, – сказал он.

Таня быстро повернулась к нему. Ну и дела! Мир не просто тесен. Мир – это автобус в час пик.

– Какие мысли?

Глеб подозрительно оглянулся в пустоту.