Таня Гроттер и перстень с жемчужиной

– А мне все равно, я не обижусь… Сам Ягун поговорил со мной! Я так счастлив! – сказал Коля.

Рот его становился все больше, а в груди назревал неостановимый вулканический звук.

– Счастлив он! А мне что делать? Ты же меня убьешь! – всполошился Ягун.

Он уже просек, что против смеха и слез этого первокурсника не существует магических блокировок.

– Убегай, Ягун! Секунд десять я продержусь… Если ты будешь далеко – уже не страшно! – сказал Коля."

"Он зажимал себе рот рукой, но все равно кашлял от смеха. Не заставляя себя просить дважды, Ягун бросился бежать по лестнице.

Он мчался в темноте, высоко вскидывая колени, как укушенный оводом орловский рысак, и думал, что давно пора включить бег по лестнице в олимпийские виды спорта. Время, этот вечный бухгалтер со старыми счетами, неумолимо перекидывало костяшки секунд. Ягун взлетел уже на три пролета, когда волна смеха нагнала его и толкнула в спину. Наполненный смехом как воздушный шар, Ягун взлетел еще на пролет. Здесь магия Коли Кирьянова наконец отпустила его.

Внизу что-то грохотало, тряслось и стонало, точно лава Тартара прорвалась из Нижнего Подземья. Своды Тибидохса ходили ходуном в руках у атлантов. По Залу Двух Стихий, рассыпая золотые искры и теряя перья, носились переполошившиеся жар-птицы.

– Перспективный мальчик! Он потряс мое воображение. Надо будет шепнуть Соловью, чтобы взял его в команду. Это будет наше секретное оружие против Кэрилин Курло, – проворчал Ягун.

Придирчиво присмотревшись к себе, играющий комментатор убедился, что жив и здоров.

Он удовлетворенно кивнул и, размышляя в разной последовательности о Зербагане, Медузии и милом первокурснике Коле, продолжал подниматься.

Глава 8

Пять искр для берсерка

– Детки, кто будет изображать зайчиков – поднимите руки! Все остальные будут мамонты!

Старая детсадовская играБез дальнейших приключений Ягун добрался до Жилого Этажа. В гостиной он увидел Шурасика и Ленку Свеколт. Сидя на поцелуйном диванчике (как прозвал его Ягун), они сердито смотрели друг на друга и спорили о сублимации этической магии в эмпирическом пространстве.

При этом Свеколт придерживалась мнения, что сублимация происходит во всех случаях, а Шурасик – что только в случае ассимиляции согласных звуков в заклинаниях, возникших не ранее второго падения редуцированных. Спор, поначалу мирный, приобретал все более острые формы.

Свеколт уже назвала Шурасика «упрямым ослом». Он в свою очередь предположил, что она ведет линию родства от редкого животного «утконос».