Танцы на стеклах. Книга 2

Я прикрываю глаза, чувствуя новую порцию беззвучных слез… счастье, что Джаред сейчас не видит ни моих глаз, ни моего лица. Иначе он бы понял все. Понял, что плачу я не от боли, виновником которой он отчасти является. А от того, что готова разорваться на части от переизбытка чувств и мыслей… и все они, каждая – только о нем.

От такой близости можно сойти с ума.

– Ana magnun menik[43] – снова шепчет на арабском Джаред, словно читая мои мысли. Вздрагиваю, понимая, что мы подумали об одном этом же одновременно. Магия, волшебство, связь… тонкая, неправильная, порочная.

Мне трудно его понять… И его поступки никогда не будут соответствовать моим ожиданиям. Единственное, что я всегда буду знать – это то, что он умеет забирать и уничтожать так же сильно, как способен отдавать и дарить… счастье? Счастье, удовольствие – эти слова слишком ничтожны для того, чтобы описать то, что я сейчас испытываю.

Но наша связь неразрывна. Возможно, это судьба. Печать.

Maktub.[44]

Так суждено. Я читала о том, что значение этого маленького слова может понять только араб, но сейчас я осознала его смысл так, как не могла понять прежде. Это больше, чем карма, рок, и судьба. Глубже…

Я хочу ответить ему на арабском, но вместо слов, из губ вырывается лишь судорожные вдохи.

Джаред тяжело дышит мне в ухо, согревая дыханием, скользит горячей ладонью вверх по животу, сжимает мою талию. Крепко прижимает к своей груди, продолжая медленно двигаться внутри моей попки…

Черт. Черт. Это оказалось чертовски приятно.

– Ах, Джаред, – хныкаю, подрагивая в его руках. – Джаред, зачем ты…"

"– Горячая малышка, – низким, обволакивающим голосом, произносит он, медленно покидая меня. Я прогибаюсь в спине, позволяя ему рассматривать меня, чувствуя его горячий взгляд, блуждающий вдоль позвонков.

Меня охватывает легкая злость, на то, что эгоистичный мерзавец даже не подумал о том, что я могла кричать от боли… а было больно. Правда. Но… к моему удивлению, не долго.