Танец смерти

Пендергаст не отвечал. Он сидел неподвижно с закрытыми глазами.

– Все, мы попались.

Полицейский автомобиль развернулся и направился в их сторону.

Пендергаст открыл глаза.

– Я подержу напитки, а ты постарайся от него уйти.

Д'Агоста немедленно включил двигатель, обогнул полицейскую машину и выехал на дорогу, идущую параллельно пляжу. Полицейский включил мигалки и сирену и помчался за ними.

Они ехали мимо дюн. Через несколько минут Д'Агоста услышал другую сирену, она орала впереди.

– Пляж, – сказал Пендергаст, ловко удерживая в руках чашки.

– Хорошо."

"Д'Агоста включил четвертую скорость и перевалил автомобиль через ограду на пляжный променад. Машина загромыхала по неровным деревянным плашкам, сшибла следующее ограждение, подпрыгнула на два фута и опустилась на песок.

Теперь они мчались по пляжу, почти по линии прибоя. Д'Агоста оглянулся и увидел, что полиция по-прежнему их преследует.

Им надо было прибавить скорости.

Он нажал на газ, шины взметали фонтаны мокрого песка. Впереди он увидел огороженное пространство – заповедник.

Таких мест было много на южном побережье. Д'Агоста сшиб еще один деревянный забор и поехал по дюнам со скоростью сорок миль в час. Территория была обширной. Д'Агоста понятия не имел, куда едет, и направил автомобиль в самое дикое на вид место – там и кустарник был гуще, и дюны выше. Тут же росло несколько корявых сосен. Сюда полицейским машинам не пробраться.

Неожиданно Пендергаст выпрямился, словно стальная пружина.

Д'Агоста прорвался через какой-то кустарник и посмотрел в зеркало заднего вида.

Никого. Полиция отстала, но Д'Агоста понимал, что ненадого. При всех полицейских участках южного побережья имелись патрульные пляжные машины. Он несколько месяцев назад и сам ездил в такой машине. Они с Пендергастом по-прежнему в глубоком дерьме, и надо отыскать какой-то другой путь...

– Останови машину, – сказал вдруг Пендергаст.

– Ну уж нет. Я должен...

– Останови!

Что-то в его голосе заставило Д'Агосту ударить по тормозам. Они резко остановились возле огромной дюны.

Д'Агоста выключил фары и мотор. Сумасшествие какое-то. Они оставили за собой следы, и любой идиот может их отыскать.

По радио все еще транслировали пресс-конференцию, и Пендергаст внимательно слушал: «...всегда хранилось в сейфе страховой компании музея. Камень представляет слишком большую ценность, чтобы выставлять его в витрине. Наша страховая компания не могла себе этого позволить».

Пендергаст повернулся к Д'Агосте с изумленным видом.