Танец Бешеной

Если странности замыкаются на телестудию, зри в самую середину, в корень, в суть. А где суть телестудии?

К А Д Р."

"Ну-ка, повтори еще раз, медленно, по буквам, по звукам, по колебаниям воздуха – К А Д Р. Ты где-то слышала про это, ты не могла не слышать и не читать, ты знаешь все, что можно приспособить для криминала…

Даша сидела, делая одну длинную затяжку на миллион веков, на геологический период, медленно, с острейшим наслаждением выпуская дым, – и смеялась от счастья, плакала от счастья, она была самым великим сыщиком.

В разгар пылающего счастья, на пике нирваны, любования собой, гордости за себя, уважения к себе ее вдруг принялись бесцеремонно поднимать, хамски вырывая из белоснежно-золотых бесконечностей счастья, это было так обидно и унизительно, что Даша схватилась за пистолет, но не нашла под рукой ничего похожего, привычного. Ее тащили, она боролась, крича, – и сознание угасло под ударом мрака… Острого, колючего мрака.

…Она медленно открыла глаза. Комната была небольшая, белая, а за окном – без решетки! – зеленели кроны сосен, верхушки стволов были рыжие.

– Как себя чувствуете?

Даша, глядя на человека в белом халате – незнакомого, не старого, лет сорока, – стала, прислушиваясь к ощущениям тела и первым, вяловатым мыслям, соображать, как же она себя чувствует.

– Нормально, – сказала она, пошевелив ногами, руками, чуть приподняв голову. – Голова кружится чуточку…

– Кто вы?

– Даша…

– Дальше?

– Андреевна.

– А где вы?

– Вот уж не знаю… доктор.

– Почему я – доктор?

– Белый халат, – старательно сказала Даша, словно учившийся говорить ребенок. – Вся эта комната так выглядит… Больница.

– Здесь есть кто-нибудь, кроме нас?

– Нет, – сказала Даша. Заглянула под одеяло и обнаружила, что совершенно голая. – Где мой пистолет? У меня был при себе пистолет и удостоверение.

– А где вы их в последний раз видели?

– Удостоверение я показывала в машине, а пистолет… на лестнице он еще был.

– Да нет, успокойтесь, мы с Глебом его подобрали. Кстати, кто такой Глеб?

– Мой друг, – сказала Даша. – Где я?

– Ну, разумеется, не в психушке… Вы сами как думаете?

– Я в Шантарске?

– В Шантарске.

– А за окном сосны… Значит, не Серебрянка, не Киржач, и уж, конечно, не Восточный… Западная часть города. Или Академгородок, или Барзаиха. Может быть, еще Лалетинские сопки.