Таких не бывает (СИ)

Я ничего не путаю?

– Мы встречались почти два года!

– Лен… Ну ты сама себя слышишь, а? Какой встречались? У тебя муж, дети… – Фокин поправил скатерть, открыл шкафчик, чтобы достать красивые керамические тарелки, которые заказывала еще его мать у одного сказочно талантливого гончара.

– А теперь и у тебя, да?! Так ты мне назло женился?

Гордей аж замер от такого предположения. Нет, все же женщины – странные существа. Очень странные. Им кажется, весь мир вертится вокруг них. С чего? Почему? Он не давал ей ни единого повода так думать: не клялся в любви, ни разу не предложил чего-то большего, чем у них было, например, чтобы она развелась.

– Или ты по залету? Что, Фокин, теперь в курсе, как это?! – Ленка истерично рассмеялась. – Ты ж, наверное, думал, с тобой такого не случится, да? Что я одна такая дура…

– Боже, Лен… Я вообще о тебе не думал. Вообще, понимаешь? А почему женился… Это не твое дело.

– Ха-ха. А со мной ты трахался из большой любви к ней?!

На заднем фоне у Ленки гудел телевизор и, если Гордей верно расслышал – лились какие-то голоса. Вероятно, в доме у свекров Ромашовой уже собрались гости. Туда-сюда сновали дети, на кухне стоял дым коромыслом, а она… Она ему скандалы устраивала. И несло ее… Ой, несло! Фокин готов был поклясться, что фиг бы она остановилась, даже если бы осознала, что ее муж слышит их разговор.

Естественно, Гордей не посчитал нужным оправдываться. Вместо этого он попрощался и, игнорируя вопли своей давнишней любовницы, сбросил вызов. Тут же последовал новый звонок. Тогда Фокин включил режим «не беспокоить» и с новым силами принялся накрывать на стол."

"Время шло. Его домашние дрыхли. Гирлянда подмигивала с елочки, в приоткрытую форточку с улицы доносились смех, громкие голоса, взрывы хлопушек и новогодние песни.

– Ну, наконец-то! Я уж думал, вы и Новый год проспите. Вставайте скорей! До полуночи полтора часа.

– Ох! – Белка ошалело хлопнула глазами. – А я не одета даже! И стол…

– Да я уже накрыл. Только мясо сунь в духовку. И беги, наряжайся.

Белка передала Гордею в руки сына и со всех ног побежала в кухню.