Тайная жена

Только так мой второй сын сможет вернуть себе все привилегии и занять мой трон.

Так вот к чему вёл император. Всего лишь хотел дать понять, что в курсе поступка Ашера и что он не станет вмешиваться пока ситуация ему на руку. А насчёт угроз… ещё посмотрим кто отправится к предкам первым.

Будто ощутив мою кровожадность, император Альвин с усмешкой задал новый вопрос:

— А хочешь узнать, как умер твой отец? Тебе ведь не рассказывали. — Услышав это я крепко стиснула зубы, чтобы не дай боги ничего лишнего не сболтнуть.

Однако моё молчание будто ещё сильнее подстегнуло короля, и он не став дожидаться ответа продолжил: — Он был убит в числе первых — ваши семьи мне были не нужны, потому что в вас течёт лишь крупица крови высшего Тарга. Слушая отчёт, я всё гадал… Почему ваш совет сдался так легко? Разве кто-то готов настолько просто расстаться с жизнью? Раз нам довелось увидеться, может ты поможешь найти ответ.

Император вроде бы просто интересовался, но было очевидно — снова промолчать нельзя.

Потому обратившись к своей бесчувственной части, отмела эмоции и спокойно сказала:

— Больше смерти мы боимся… жизни под гнётом тех, кто нас не понимает. Но желание прожить ещё один день от этого никуда не исчезает.

— Заметно, — произносит император, после чего его рука ложится на моё плечо, и он тихо говорит: — Не делай глупостей. Продолжай жить так же тихо, и я позволю тебе с моим бастардом уехать на север, как только при дворе узнают о вашей… связи. Избавиться от тебя легко, но это уже не моя битва.

Сейчас борьба идёт между моими сыновьями. — Тут голос императора наполнился металлом, а затем он процедил: — Если бы Ашер хоть немного походил на меня, он бы просто избавился от тебя. Попавшись на уловку Астиона, Ашер доказал, что имея в своей власти всю силу приручённого дракона, он не в состоянии перебороть слабохарактерность, доставшуюся ему от матери."

"На последних словах рука на моём плече сжалась так сильно, что там теперь точно останутся синяки. Но меня сейчас заботила не боль.

До того, как император разорвал прикосновение между нами, я всеми силами пыталась не касаться его души и не видеть то, что там хранится. Иначе боюсь меня попросту стошнит.

Отступив назад, император Мэйвера вновь бесстрастно сказал:

— Попытаешь навредить моей дочери, и я заставлю тебя стократно об этом пожалеть. К оракулу тоже не приближайся. Очевидно, что из всех в этом дворце только Наира вызывает в тебе ненависть. После меня, конечно.