Тайная жена

Такая хрупкая, такая одинокая… она наверняка не знает, какие сети плетутся за её всегда прямой спиной. Послав очередной импульс магии в тело девушки, я нахмурился и позабыл о ставках местных повес. За время недолгого разговора ей должно было стать лучше, но напротив — Рейне всё больше не хватало воздуха. Нужно срочно что-то делать.

Глава 8

«Ненавижу любые проявления слабости. А обморок — это самая позорная из них», — именно такими были мои мысли, когда я пришла в себя.

Вдохнув полной грудью и искренне насладившись свободой такого простого действа, открыла глаза.

Долго же я провалялась в беспамятстве, до самой ночи не приходила в себя, а ещё опять умудрилась угодить в крыло Ашера. И именно угодить. Своей обстановкой данное крыло походило на пещеру скального дракона: мрачное, монументальное, подавляющее. Отчего возникало ощущение, будто ты попала в ловушку, а не заглянула в гости ко второму принцу Радужного дворца.

Сев на кровати, прислушалась к себе и отметила, что чувствую себя сносно. Откинув одеяло, хотела уже встать, как мне помешали. Стоило только коснуться ногами ковра, дверь в гостевую спальню открылась, развеивая сумрак тёплым светом. В его ореоле возникла сухощавая фигура, которую я опознала по тугому пучку на голове. Делира — старшая горничная крыла Ашера немного постояла на пороге, видимо всматриваясь в полумрак спальни и, заметив, что я сижу на кровати, направилась ко мне.

— Вам лучше, леди Рейна? — спросила равнодушно женщина, похожая на тень больше, чем её хозяин. Синее форменное платье, тёмные волосы и бесстрастный взгляд прибавляли Делире возраст, но её это мало заботило.

— Да, мне гораздо лучше, — не дрогнув соврала я. После чего, наконец, заметив, что на мне кроме нижней сорочки ничего нет, невозмутимо уточнила: — Это вы меня раздели?

— Я помогала, — бесстрастно ответила главная горничная так, будто соревнуясь со мной в сдержанности.

"Показательная непреклонность в голосе немного раздражала, но не настолько, чтобы вступить в перепалку с прислугой. Да, из-за моего происхождения мне не чуждо высокомерие. И раз уж равные (таковыми я считала не только одарённых божественной искрой, но и тех, кто был связан с магией мира) не смогли вывести меня из себя, то главной горничной тем более этого не сделать.