Тайна центрального района

Судя по следам, многие пытались пристроить к делу и их, и доски, то есть неоднократно пытались выломать, но они стояли насмерть, плечом к плечу, и дерево, и металл.

Обычно в таких «подвалах» набросано разного мусора, но тут было чисто. Сорокин посветил фонариком: дверь закрыта не намертво, открывается часто. Что тут, склад, котельная? Скорее всего, второе, тянет вроде бы дымом, угольной пылью. И эта дверь закрыта — ну тут претензий нет. Замок навесной, тяжелый, с пятнами ржавчины, но дужка гладкая, со светлыми кольцами там, где входит в корпус.

Так, теперь вторая лестница — наверх. Сорокин запрокинул голову. Видимо, когда-то это была пристроенная колокольня со звонницей, но теперь от нее осталась полуразвалившаяся лестница, которая вела в никуда. Яруса для подвешивания колоколов не было. Нет, туда лезть смысла нет, недолго и шею свернуть, по крайней мере в темноте. Или все-таки?

Капитан, глядя вверх и пытаясь решить, стоит ли сейчас попробовать подняться или не надо рисковать здоровьем, сделал пару шагов назад.

«Как это Сонька показала, пальцы баранками у глаз?.. Что ж, если девчонка не погрешила, то, упаси боже, и другое не навыдумывала… Есть такое ощущение, что что-то важное стряслось, а мы ни в одном глазу.

"Свирепо сопя, Сорокин достал платок, разложил и принялся, выковыривая, выкладывать на него находки. Почти сложилось одно стекло, второе лишь наполовину — и, горестно пискнув, испарилась надежда на то, что ребенок — просто растяпа, а очки просто потеряны. Сильные стекла. Лишившись такого оптического прибора, непросто сориентироваться, особенно в незнакомой местности.

Николай Николаевич прибрал находки во внутренний карман куртки.

«Что тут увидишь? Да и так натоптано. Надо бы вернуться на свет».

Сорокин с сомнением оглядывал темное здание кинотеатра, точно прикидывая его размеры. Тут фонарь, утомившись, моргнул и погас. Батарейка села.

Николай Николаевич принял волевое решение: «Сначала надо запросить, нет ли пропавших, а уж потом решать — возвращаться или нет.