Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга

Помощь в организации похорон, кремация. Гробы, кресты, венки, похоронные принадлежности. Памятники, гробницы, ограды». Внизу был телефон и адрес.

- Что это?

- Лидия Дмитриевна Варежкина. Хозяйка сего мрачного бизнеса, - объявила Райка. – О, как.

- Так Фунтик с ней, что ли? – до меня, наконец, дошло.

- Да! Хочешь на нее в Одноклассниках посмотреть? – Райка достала из кармана халата телефон.

- Давай уже…

Варежкина не отличалась ни красотой, ни изящностью форм. Здоровенная бабища с короткой стрижкой и необъятной грудью.

- Рай, может ты что-то перепутала?

- Нет! Можешь сама убедиться! – она кивнула на газету. – Сходи туда. В «Харон».

- Да не хочу я! Ни за что не пойду!

Через час я стояла у входа в бюро ритуальных услуг. Пальцы так сжали ручки сумки, что расцепить их, наверное, можно было только с помощью плоскогубцев.

Толкнув дверь, я вошла внутрь и поморщилась. Какое неприятное место… Ух! Как можно находиться здесь целый день?

- Могу ли я помочь вам?

Ко мне подошла молодая девушка в черном костюме и мило улыбнулась.

- Светочка, похоже, этой даме могу помочь только я, - хриплый голос прозвучал откуда-то справа и я обернулась.

Варежкина собственной персоной!

Она выплыла из-за бархатных штор. В ее взгляде читалась насмешка. Злость захлестнула меня с новой силой. Зараза!

- Может, выйдем? – я кивнула на дверь. – Нет желания разговаривать в этом месте.

- У меня вообще нет желания с тобой разговаривать, - хмыкнула она. – Ладно, пошли… пора все прояснить.

Мы вышли на улицу, и я посмотрела на нее при дневном свете. Примерно моих лет, на лице морщинки, мясистый нос с толстыми ноздрями, глубоко посаженные глаза…

- Что, не красавица? – Варежкина закурила. – Так Толику не это важно. Он меня за душу полюбил.

- Радость-то, какая, - язвительно протянула я. – И чего ты добиваешься?

- Драться лезть не советую, я тоже не из пай-девочек. Могу и отоварить. Усекла? – она оглядела меня надменным взглядом. – Комплекция у нас одинаковая.

- Не пугай. Пуганая… - процедила я в ответ. – Тоже мне…

- Может в ресторан? Сядем. Поговорим нормально? – Варежкина затушила сигарету о стену. – Чего уж теперь… Ты все знаешь, а значит, пришла пора Толика делить. Он бесхарактерный: так и будет, как коричневая субстанция в проруби болтаться.

Мне было неприятно слушать ее, но здравый смысл в ее словах все-таки был. Пусть выскажется, чтобы я фактами Фунтика припечатала, перед тем как придушить.